Яхт-клуб МГУ им. Невельского – один из старейших во Владивостоке. Здесь базируются университетские яхты – флот небольшой, но активный. Лодки выходят отсюда на соревнования и тренировки, пережидают зимы, ремонтируются. В их числе – «Магистр», где члены экипажа – подростки, а тренер – 84-летний яхтсмен и основатель парусной школы Игорь Попов. Много лет он руководил школой, а сейчас тренирует старшеклассников на общественных началах.
…День будний, жара, солнце. План у «Магистра» на сегодня такой: идём к островам Пахтусова, это рядом с Рикорда. Тренировка, ну и плюс рыбалка. Игорь Попов говорит – будем отрабатывать повороты, правда, ветра сегодня маловато. Тренер ждёт команду в боксе, где хранится всё нужное. Ставит чайник.
У Игоря Попова «сложное» отчество – Вениаминович. Давние знакомые любя зовут его Витаминыч. В этом году Попову исполнится 85 лет – школу парусного спорта создавал он. Её основали на базе МГУ в 2011-м, а в полную силу она заработала в 2012-м. С того времени школу окончили десятки ребят.
Лето – время практики, гонок, тренировок. Море, яхта, паруса – то, что на поверхности, самое яркое, как аксельбант у военных. Очень красиво. На деле это ещё и большой труд, серьёзные нагрузки, тщательная подготовка. Теория судовождения под парусом, навигация, техника безопасности на море, устройство корпуса, такелажное дело, правила парусных гонок и прочее. В конце курса сдаёшь 10 экзаменов и можешь заняться практикой: вот тебе море, яхта, паруса. Школа бесплатная, в неё берут с любого возраста. Главное физическое здоровье, умение держаться на открытой воде и читать – сюда могут принимать совсем маленьких. Сам же Игорь Попов тренирует подростков.
– Я только старших беру на «Магистр», с ними гоняюсь, ну и натаскиваю более-менее. Десятый-одиннадцатый класс. То есть, у них какая-то подготовка уже есть.
– У вас любимчики есть?
– Все любимчики. Ну, есть более одарённые ребята. Это само собой, по-другому не бывает. Есть менее.
– И что, выгоняете?
– Нет. Из них получаются такие... Просто занимающиеся яхтами.
– А вы хотите, чтобы они стали классными спортсменами?
– Я никогда не ставил задачи готовить чемпионов. Чемпионами становятся сами. Мне нужно научить их яхтенному делу. И чтобы они, если это пацаны, мужиками были. Потому что это очень серьёзная штука. И травматичная, и опасная.
– Вы на них кричите? Вы жёсткий тренер?
– Я даже на взрослых не ору. Это не имеет смысла. Так человек просто выплёскивает эмоции и всё.
Гендерных условий в школе нет: принимают и мальчиков, и девочек.
– Вот у меня была Кристина Красикова, она сейчас в Ленинграде работает, в смысле, в Петербурге. Я ленинградец, поэтому... Такая одарённая, гонялась хорошо, чемпионкой была. Ещё несколько девочек сейчас занимаются. И знаете, девочки более старательные.
Игорь Попов учился в Ленинградском высшем инженерном морском училище, но перевёлся в Одессу и закончил там институт инженеров морского флота. Назначение получил на Дальний Восток. Сначала Чукотка, посёлок и порт Беринговский. Потом Дальневосточное морское пароходство. Четыре года провёл в Индии, представителем министерства морского флота. Это были 83-86 годы.
После Индии Игорь Попов снова работал в управлении пароходства. Создавал отдел бербоут-чартерного, то есть, арендованного, флота. Под эгидой «Совкомфлота».
– Было у меня 10 пароходиков, мы их строили и запускали в эксплуатацию. В 91-м сами знаете, что началось. Пароходство начали разворовывать, тащить в разные стороны. Ушёл в частную компанию, поработал немножко в Гонконге. Потом вспомнил, что всё-таки ещё и яхтой занимался, будучи курсантом в Ленинградском высшем инженерном морском училище. Ну и, собственно, с яхтой я и не расставался. Сам гонялся, а потом решил создавать школу. И для этого пришёл в МГУ на смешную зарплату тренера. По молодости был мастером спорта по вольной борьбе. Что касается яхт – кандидат в мастера спорта. Был представлен к мастеру, и уехал в Индию.
Создания школы Игорь Попов добивался пять лет. А сейчас говорит, что будущее школы его тревожит.
– Не знаю, какая сейчас зарплата у тренеров, но наверняка не больше 60 тысяч. На них сложно прожить, поэтому тренеры не держатся. Всё чисто на энтузиазме. Когда мы создавали школу, материальной части практически не было. И я вспомнил, что мои ученики работают в «Совкомфлоте», один из них был генеральным директором. Договорились, и «Совкомфлот» решил нам помогать. Сначала выделили, по-моему 4,5 млн на матчасть. Купили «рибы» – тренерские катера, «Оптимисты», «Лазеры», 420-ки…
С тех пор ежегодно судоходная компания подбрасывает школе определённую сумму, сейчас где-то 2 млн. Попов говорит, хорошо, пока есть Сергей Оттович Франк – он сейчас председатель совета директоров. Будут другие – как пойдёт? Останутся спонсоры или нет? МГУ выделяет средства, но без спонсоров школе придётся очень сложно.
Попов – опытный яхтсмен, у него десятки наград. Он гоняет много лет, без особых скидок на возраст. Прекрасно понимает, как это сложно – явно не бадминтон. И при этом делает всё, чтобы «подтянуть» к парусникам детей.
– Я посмотрел на этих пацанов, они практически беспризорники. Родители работают, их воспитывает улица. Ну вот и родилась, в общем-то, идея. Точнее, она жила подспудно, всё время. Потому что старики уходят, а молодёжь не приходит. Потому что здесь работать надо. А сейчас все в гаджетах сидят. Посмотрите, они же хилые, ходят как крючки с согнутыми спинами – то за компьютером, то в гаджете. Ну нельзя так, люди должны быть здоровыми. Именно здоровыми. И не только здоровыми, но и готовыми к жизни. А с этим гаджетом, извините, в жизнь не уйдёшь.
Попов долго оставался начальником школы и одновременно тренировал детей. Три года назад на посту начальника его сменил Владимир Зубрий, тоже известный в прошлом яхтсмен и тренер, чемпион России. Два года назад Игорь Вениаминович было ушёл на пенсию, но остался помогать школе на общественных началах. И детей они тренируют вдвоём с Владимиром Викторовичем – больше людей нет. Что касается теоретической подготовки, здесь, кроме них, ещё задействованы преподаватели МГУ.
– Сейчас подыскиваем более или менее приличного тренера. Он должен быть энтузиастом и любить детей. И чтобы соображал в парусном спорте. Хорошего найти очень сложно – им платят где-то под 100 тысяч. Если эти проблемы решить, будет более-менее.
... Сбор на тренировку назначен на девять, но команда запаздывает. Попов звонит, поторапливает: ещё ведь лодку спускать.
В боксе – оборудование, инвентарь, инструменты. Ремонтами занимается вся команда, детей этому обязательно учат. Лодку надо содержать в порядке, потому что море есть море. Вот сейчас тишь да гладь, болото практически, а бывают такие волны – как на одном из Кубков залива Петра Великого – самой крупной регаты Приморья:
– Уже не помню, какой год был. Огибали остров Аскольд, как раз тайфун. Причём жесточайший. Мне стало паршиво, давление резко упало, и мы сошли с гонки. Не то чтобы я испугался, просто были опасения, что может выкинуть на остров. После Аскольда должны были идти в бухту Троица, но не пошли. А те, кто добрался, выходили оттуда с переворачиванием. В общем, тайфун зацепил нас очень здорово.
Вообще, такие ситуации нередки. Попов говорит, как в футболе матч состоится при любой погоде, так и здесь – непогоду нужно преодолевать. Если по прогнозу подходит жесточайший тайфун, а яхта ещё не выходила, гонка немного откладывается до прохождения опасных секторов этого тайфуна. И в дождь, конечно, тоже выходят.
– Вот у нас сейчас последний Кубок был, «Семь футов». Так называемые непромоканцы, которые мы надеваем, все промокают – это само собой. Вы же ещё регулируете площадь парусов. Можно взять рифы (контролируемое уменьшение площади паруса при усилении ветра), уменьшить площадь гротов (основной парус на яхте), взять штормовой стаксель (уменьшенный треугольный парус. – Прим. ред.). Победить море нельзя, но подладиться можно.
… Чайник закипает, горячий чай заливается в термос. «Магистр» стоит прямо у дверей бокса.
Это класс «Конрад 25РТ». А стоящие дальше яхты – «Конрад 25Р». Корпуса и парусное вооружение одинаковое. Если в двух словах, на «Магистре» есть даже диваны. «Конрад 25РТ» – популярный польский класс крейсерско-гоночных яхт, спроектированный в 80-х. Буквы расшифровываются как «регатно-туристский». Судно относится к классу четвертьтонников (длина около 7,6 метра) и считается одним из самых массовых и любимых на Дальнем Востоке. Благодаря индексу «Т» (туристский) такие лодки имеют более комфортные внутреннюю планировку и каюту, чем чисто гоночные модификации «Конрад 25Р». У яхт высокие гоночные характеристики, они очень чувствительны к ветру и маневренны.
В прошлом «эртэх» было побольше, и на крупных регатах они составляли друг другу достойную конкуренцию. Сейчас их осталось мало, группа четвертьтонников не очень многочисленная, поэтому Игорь Попов теперь с некоторым сожалением поглядывает на «эрки» – их всё ещё очень много, класс очень конкуретный и азартный, а Чемпионат России во Владивостоке проводится только для них.
...После звонка все приехали быстро. Трое подростков забирают из бокса, что нужно – и вниз по лестнице, к яхте.
Яхта отдыхает на кильблоке, его называют телегой. Сварная конструкция из металлических труб на колёсах позволяет зафиксировать судно при хранении на берегу. Один член экипажа берётся за ручку, как у багажной тележки, только крупнее. Остальные становятся по бокам.
– Ну что, покатили?
Кильблок подруливает к крану.
– Года четыре я со всеми переписывался, выбивал этот кран. В итоге нашли немножко денег и купили в Находке.
Подходит ещё человек, Никита Быков.
– Он со мной на «Магистре» был с седьмого года, – говорит Игорь Вениаминович. – 19 лет. Сейчас капитан «Наяды». Помогает. Берёт молодняк к себе на «Наяду»…
«Наяда» к парусной школе не относится. Так что это действительно помощь. При подростках своего ученика Попов называет Никитой Андреевичем.
… Яхту поднимают краном при помощи грузовых строп и переносят на воду, как дитя в люльке.
Попов говорит духоподъёмное: «Вперёд, дохлые румыны!»
– Почему румыны?
– Мы в институте подрабатывали на выгрузке цемента из вагонов. У нас был болгарин, Илья Митик. Работа тяжёлая, в пульманах цемент приходил ещё горячим. Илья так выматывался, мы его в шутку называли дохлый румын. Так и осталось.
Судно обнимают стропами, кран приподнимает его и опускает на воду. Никита Андреевич устанавливает мотор, ребята поднимают парус. Ещё один, стаксель, лежит про запас.
– Ну вот, взяли и скомкали… туристы.
...Всё, можно выходить в море.
