На канализационной насосной станции на Кирова установили грабельные решётки – защиту от влажных салфеток. Раньше насосы КНС почти каждый день останавливались из-за засоров, а чистка занимала по 5-7 часов. Сейчас достаточно проверять их раз в два дня. Но в Примводоканале подчёркивают: это крайняя мера, на которую за последние три года потратили уже больше 100 млн рублей, чтобы спасти ещё более дорогостоящее насосное оборудование. По-настоящему решить проблему можно, только если люди наконец перестанут бросать в унитазы салфетки, прокладки и памперсы. Корреспонденты Новостей VL.ru съездили на КНС посмотреть, как это всё теперь работает.
Как объясняет заместитель главного механика Приморского водоканала Дмитрий Коцюба, КНС № 1 модульная и автономная. В концепции модульных КНС небольшой производительности (до 30 тысяч кубометров в сутки), оснащённых погружными насосами, заложено много преимуществ – работа станции автоматизирована (не требуется постоянное присутствие обслуживающего персонала), не нужен большой земельный участок, не требуется строительство зданий, насосы и даже электрооборудование находятся под землёй в отдельных ёмкостях. На рельефе – только крышки для доступа к насосам.
В европейский странах, откуда и пришла эта концепция, на город могут работать до 70 модульных КНС, которые обслуживают всего лишь 5-6 человек, у них по инструкции только простое плановое техническое обслуживание. Однако в реалиях Владивостока обслуживания требуется больше.
«Главный бич – влажные салфетки, 95% мусора на КНС это именно они. На модульных КНС, которые Примводоканал с 2012 года устанавливает для ликвидации старых выпусков в море и зарегулирования их на построенные очистные сооружения, в комплекте только сороулавливающая корзина. Она буквально за день-два полностью забивается салфетками, которые попадают в приёмный резервуар с насосами и выводят их из строя. Например, здесь, на Кирова, приходилось практически каждый день в аварийном режиме привлекать мех. участок горканализации для прочистки насосов от салфеток, это 5-7 часов работы бригады с привлечением большого количества спец. техники», – отмечает Дмитрий.
По его словам, проблема с влажными салфетками во Владивостоке наметилась примерно с 2010 года, но тогда это были единичные случаи, и они решались плановой промывкой сетей. Сейчас районные участки, оперативные и аварийные службы постоянно задействованы в ликвидации аварийных засоров. Салфетки не только останавливают работу КНС, но и забивают участки труб в городе, из-за чего вода с характерным запахом течёт по улицам.
«Мы были вынуждены начать оснащение модульных КНС грабельными механизированными решётками, чтобы спасти дорогостоящие насосы. Первый такой опыт был на КНС № 28.1 в районе озера на Патрокле в декабре 2024 года, с тех пор станция ни разу не останавливалась из-за аварии. ДНС тогда привлёк компанию, специализирующуюся на оснащении уже действующих КНС механизированными решётками, ООО «Сибирская насосная компания». Этот подрядчик в этом году уже установил под ключ для нас грабельную решётку здесь, на Кирова. Заключён контракт на аналогичный, но более мощный по производительности комплекс для КНС «Абросимова» в районе Змеинки. Как и на Кирова, там установлено три погружных насоса, и каждые три-четыре дня они забиваются из-за салфеток», – рассказывает заместитель главного механика Примводоканала.
Для сооружений предварительной очистки на территории КНС нужен свободный участок 2,5х3 метра, в основании которого будет смонтирована дополнительная камера. Её устанавливают на самотёчном коллекторе. А сверху ставится павильон, в котором находится грабельная решётка с пультом управления. Основным элементом решётки является фильтровальное полотно, набранное металлическими стержнями, которые располагаются параллельно друг другу. Они создают плоскость с прозорами, через которую процеживаются стоки.
«Поток загрязнённых сточных вод проходит через сорозадерживающее полотно фильтровальной решётки. Примеси, размер которых больше, чем прозор полотна, задерживаются, и при каждом рабочем цикле снимаются граблиной, а затем поднимаются в верх решётки до сбрасывателя. Тот перемещает мусор на склиз и дальше на отжимной пресс. Он предназначен для прессования, отжима и транспортирования шлама в накопительный бак. Отжатая вода по сливному желобу возвращается обратно в канализационный канал», – объясняет специалист.
Во Владивостоке сейчас действуют 50 КНС. Из них 25 – модульные, а 25 – классические, с отдельным зданием, где есть приёмный резервуар, грабельное отделение и машинный зал с насосами. В последнем случае грабельные решётки есть в комплекте, но они изначально не были рассчитаны на такой огромный объём салфеток. Также это оборудование изнашивается, поэтому решётки постепенно заменяют на новые, модернизированные.
«На узловой КНС № 2 на Волжской мы в прошлом году заменили одну решётку, в этом году – ещё одну. Третью заменим в 2027-м. Всего их там четыре. Это дорогое удовольствие – в нынешних ценах около 7,5 млн рублей за одну штуку, поэтому одновременно все решётки мы сразу поменять не можем. Средства на это выделяются напрямую за счёт предприятия. Это не инвестпрограмма, а тарифом для населения за водоотведение эти затраты тоже не предусмотрены», – подчёркивает Дмитрий Коцюба.
У Примводоканала нет выбора – без грабельных решёток насосы выходят из строя. Особенно это критично для крупных КНС. Если для Кирова производительностью до 7 тысяч кубометров в сутки стоимость одного насоса составляет около 3 млн рублей (их там три), то на узловых станциях производительность от 80 до 160 тысяч кубометров в сутки, стоимость одного насоса составляет от 25 млн рублей минимум, а их там по 5-7. Если все пять насосов выйдут из строя, их замена будет стоить больше 125 млн рублей. И это минимальные расценки на насосное оборудование.
Причём 25 млн рублей стоит насос из Китая, а у Примводоканала пока трудятся закупленные 10-15 лет назад, произведённые в странах Евросоюза, более надёжные и технологичные. Поставка в Россию по параллельному импорту (из-за санкции ЕС) одного такого агрегата на сегодняшний день стоит до 50 млн рублей. Логично, что их пытаются изо всех сил сберечь.
«Решётки на все действующие КНС города и пригорода у нас нет возможности установить. Но нужно понимать, что даже если это сделать, это не панацея. Это оборудование, которое тоже имеет срок службы, его нужно обслуживать, чинить, раз в несколько дней проверять, если мы говорим об автономных модульных КНС. Больше всего проблем у нас наблюдается в новых строящихся микрорайонах – люди никак не хотят правильно пользоваться канализацией. На Патрокле после установки решёток предприятие вывозило по пакету на 100 литров в день (0,1 кубометра), сейчас, через полтора года, – уже 150 литров. То есть больше 1000 литров или одного кубометра в неделю только с одной КНС. В ЖК «Изумрудный» (район Снеговая Падь) раз в три дня 5-6 мешков собирается мусора – там пока нет решёток на КНС, бригаде районного участка приходится обслуживать сети в авральном режиме», – отмечает Дмитрий Коцюба.
Капитальные КНС с грабельным отделением удобнее в обслуживании, но дороже. Да и место для них не везде можно найти, учитывая плотную застройку нашего города. Под них требуется участок большого размера и строительство зданий для размещения обслуживающего персонала, который будет следить за работой механического оборудования в круглосуточном режиме. В свою очередь, модульная КНС занимает мало места, автоматизирована и в теории могла бы реже обслуживаться, если бы мусор не попадал в канализационные стоки. Это не только салфетки, но и тряпки, прокладки, памперсы. Но салфеток больше всего.
«Мы с 2023 года потратили больше 100 млн рублей на установку грабельных решёток на 12 КНС во Владивостоке. По справедливости, эти деньги надо закладывать в тариф, раз людям нравится таким способом избавляться от бытового мусора. Но мы так сделать не можем в нашей экономической модели. В водоканале считают, что сороулавливающие устройства надо устанавливать непосредственно на выпуске из многоквартирных домов и закрепить это положение на правовой основе, в законодательстве. Чтобы каждый житель понимал масштабы этой проблемы», – заключил Дмитрий Коцюба.
