Это место в посёлке Трудовое называют Шахты. Кроме памятника шахтёрам и солидного частного сектора, здесь есть озеро и царь-помойка, куда по-пиратски сбрасывали мусор самосвалы. Это далеко не район мечты, но недавно пейзаж стал меняться. Заданные реалии людей не устраивали, и они взялись обустроить водоём, разбитую дорогу и решить наконец вечную проблему с мусоркой.
За обустройство озера и окрестностей плотно взялись в прошлом году. И начали с помойки – это основная головная боль. В сообществе порядка двадцати соседей плюс помощники-дети. Оказалось, вместе у них многое получается – кто-то силён в одном, у кого-то хорошо выходит другое. И никто не боится работы и готов тратить идеи и время. Люди сказали – или перечисляем в этом материале всех, иначе несправедливо, или никого. Так что фамилий не будет, только имена.
Как обустроить помойку
Вне всяких правил мусорку от озера отделяет лишь узкая грунтовка. От неё до водоёма – 17 метров, и девять – до речки Овражной, которая течёт сквозь озеро. Хотя СанПин устанавливает границы для защиты озёр и водохранилищ – не меньше 50 метров.
«Нас очень смущала эта помойка. Раньше мусор лежал прямо по дороге. И дети шли по краешку. Плюс ямы», – говорит Станислав.
Вереницей контейнеров пользовались не только местные – приезжали самосвалы. Забрасывали покрышки, мебель, отходы со строек. Всё было так захламлено – не подобраться.
«Дорога – единственная, по которой дети ходят в школу, а мамочки водят малышей в детсад. И тут эти горы, ямы, собаки, – говорит Наталья. – И темно к тому же. Родители постоянно караулят детей, потому что страшно. Когда мусорка горела, взрывались газовые баллоны. Пожарных вызывали».
В итоге люди сами отсыпали щебнем площадку, покрасили и смонтировали забор, сетки, информационные щиты. «Прихватили» и дорогу: сровняли ямы, сделали дренаж для выходивших на полотно грунтовых вод. Здесь заправлял Дмитрий, у него спецтехника. Зимой дорогу тоже очищают и подсыпают – спецслужбы, по словам людей, сюда почему-то не ездят.
На все работы сбрасываются – добровольно и кто сколько сможет. Так же купили и поставили камеру, за которой теперь следит Станислав. Установили освещение на солнечных батареях. Говорят, маловато для такой территории, но хоть что-то. И все подряд принялись писать заявления – чтобы оператор навещал помойку ежедневно, а не раз в месяц.
Сейчас за мусором приезжают каждое утро. Но всё равно соседям приходится что-то постоянно убирать. Говорят, коммунальщики пакетики заберут, а остальное в сторону. Приходится постоянно звонить диспетчеру, делать фото, жаловаться, и раз в две недели присылают специальную машину. Станислав рассказывает – постоянно приходится с кем-то ссориться:
«Смотришь – опять выбросили. Пишу, ребята, заберите свой мусор. Недавно самосвал выгрузился. То есть, взяли деньги за вывоз, подъехали, кузов подняли, вывалили 16 мешков и уехали. Нашёл телефонный номер, звоню: мусор можете вывезти? – Да. – На полигон? – Да. – Ну, слушайте… Через полчаса приехал, забрал».
«Мы иногда ночами вылавливали, – говорит Юрий. – Идёшь часиков в 11, смотришь, грузовик. Видно, ждали, пока стемнеет. – Что ты делаешь? – Я тут живу, я плачу́. Ты за пакетик платишь, а не за строительный мусор. Вроде как стали уезжать. Сфотографируешь для виду – ой, не надо, мы уходим. И с дальних районов везут – узнали, что тут убирают».
При нас к мусорке подъехал очередной мини-грузовик. Вот потому и ругаемся, говорит Станислав:
«Сами местные потом выгребают всё это. На субботниках, с детьми. Мусорщики перевернули контейнер, и хватит. Остальное мы».
Контейнеры не закрываются, и ветер несёт в озеро бумажки и целлофан. Мусорка лишь с одной стороны прикрыта забором. Понятно, что её нужно убирать. Власти обещали перенести весной, но как-то подзадержались.
«Нам просто нужно место, мы ведь выбрать его не можем, – говорит Наталья. – Если бы показали, сами бы мусорку перенесли».
Озеро без имени
Имени у озера действительно нет. Оно проточное, так что вода не застаивается. И, конечно, сначала водоём нужно было почистить и определиться с берегами. Граница так заросла камышом – непонятно, где вода начинается. Из неё достали 140 покрышек и бессчётное число бамперов, диванов, матрасов.
Юрий говорит, здесь живут караси и сомы – видно, их завезло сюда поколение отцов. А сейчас водоём дополнительно зарыбливают – живность покупают и ловят в карьере в Кипарисово. И просят местных рыбаков выпускать улов обратно.
«Потому что рыба перерабатывает ил, – объясняет Станислав. – Озеро сильно заилилось. Лет двадцать назад была семиметровая глубина, теперь три».
Здесь гнездятся утки, в том числе мандаринки. Прилетают цапли, стали заглядывать чайки. И приходят на прогулку местные гуси. Станислав одного из своих приводит на поводке.
В морозы на льду устраивали каток. А на берегу наряжали ёлку.
Берег
«Всё началось с этой лавочки, – показывает Станислав. – Был ноябрь. Я её сделал, и когда люди увидели, сразу был отклик – давайте устроим субботник, давайте подсыплем дорогу, давайте то, давайте это. И как-то сразу у нас пошло. Поставили лавочку, через несколько дней начали вычищать вот эту часть берега. Потом – следующую. Увидели протоку, дети стали через неё прыгать, падать – решили поставить мостик».
Люди обустраивали это место для себя и детей. Наталья говорит – оно единственное в округе, где дети могут собраться, поиграть, поговорить. Недалеко от воды качели – их подарили, а соседи установили.
Летним субботним днём дети возятся в прозрачной протоке – говорят, спасают улиток, а то потеряются. На небольшом столбике – компактные дощечки, на манер дорожных указателей. В команде есть художница, она наносила рисунок карандашом, а дети выжигали.
У берега не глубоко, но всё-таки небольшое ограждение сделали – видя цепь, дети понимают, что это граница.
Они охотно откликаются на происходящее. Работают со взрослыми, а взрослые устраивают для них праздники. Навесили кормушки для птиц, поставили арт-объекты – их делали из мусора для конкурса.
Сколько здесь было субботников, уже не считают. Что ни выходной, то субботник – большой или маленький.
Над одной скамейкой висит кованый шар погоды с разъяснениями: мокрый – идёт дождь, сухой – дождя нет, шара не видно – туман. Вообще, металла много: Станислав занимается ковкой.
От мостика тянется тропа из щебня – тоже сделали сами. Тропу продолжат до деревянного пирса. Да, он тоже есть – установили в январе. А к пирсу смонтируют деревянный спуск.
Кроме протоки, тут ещё один сток – его сейчас не видно, но по нему хотят выложить каменную речку.
Берег весь в зелени, вдобавок посадили кусты гортензии, ирисы, флоксы, тую, ёлку. Вокруг ёлки будет металлическое кольцо с бордюрной лентой.
Въезд с обочины перекрыли цепями – раньше это тоже было проблемой. Приезжали на машинах люди, жарили мясо, оставляли мусор.
Сделали симпатичные мусорки из бочек, в которых перевозят масло. Ну, а чистят их сами.
На берегу стоит пианино. Не старое – почти старинное. С ним пришлось повозиться, зато теперь такого точно ни у кого нет. «Внутренности» можно разглядывать детально – они прикрыты прозрачной плоскостью. И да, здесь тоже есть ковка.
В команде появилась девушка, которая устраивает ранним утром в выходные зарядку. Станислав говорит, хочется сделать для них дощатую площадку, чтобы занимались спокойно. Иначе ноги мокрые – постоянно в траве.
Ещё думают сделать спортплощадку. На неё намерена «задонатить» местная жительница. Нет, не предприниматель, но ей хочется вложиться в эту затею.
У этого озера есть сердце, но по весне стащили его кованую окантовку:
«Когда ставили самую первую лавочку, подчищали немного водоём. Я вытащил очень похожий на сердце камень. Ковку украли, а сердце оставили. Буду пробовать новую ковку. Сделаем постамент, поставим на основу».
В соцсетях у группы 156 подписчиков. Там – вся хроника изменений. Рассказывает о них Станислав. И обращается к читателям:
«Облагораживание озера – это не просто установил лавочку и ушёл. Это еженедельный труд – уборки, покосы, наблюдение за порядком. Поэтому мы просим соблюдать чистоту и уважать чужой труд».
