Во Владивостоке, буквально под боком высоток, нашли следы двух древних культур. Возраст старшей, зайсановской, 4000-4500 лет, младшей, янковской, – 2400-2700. Раскопки идут на берегу бухты Патрокл, рядом со строящимся пляжем. Собственно, они и стартовали благодаря стройке. Находок много, а особенностью исследуемого памятника археологи называют крайнюю степень антропогенного воздействия на культурный слой.
Почему начали раскопки
Раскоп размером в 3100 квадратных метров – слева от входа на стройку. Недалеко шумит техника, а здесь тихо: работают только вручную. О том, что здесь происходит, рассказывает генеральный директор Научно-производственного центра историко-культурной экспертизы Евгений Крутых.
Говоря об изысканиях, археологи упоминают памятники. Это не стелы или монументы, как можно подумать. Памятники – материальные следы деятельности человека, до которых ещё нужно добраться.
О том, что в районе Патрокла памятники есть, известно с начала 20 века. Данные были косвенными и предварительными – без информации о точном месте и характеристиках. Весь прошлый век территория активно осваивалась, подвергаясь значительному антропогенному и техногенному воздействию. Тут располагались военные части, строительные организации, и прибрежный ландшафт не раз изменялся.
Государственную историко-культурную экспертизу участка сделали только в прошлом году, перед началом строительства. Нужно было уточнить – есть здесь памятники археологии или нет. Экспертиза – требование федерального закона об объектах культурного наследия.
В результате обследования выявлен объект археологического наследия. Учёные назвали его «Патрокл 1. Поселение». Оценив влияние строительства на памятник, приняли решение проводить спасательные археологические работы для его исследования.
Что здесь происходит
Памятник перенёс серьёзную антропогенную и техногенную нагрузку. Культурный слой повреждён инженерными сетями, фундаментами разрушенных построек и перекрыт несколькими слоями насыпного грунта. Так что сначала пришлось убрать его, углубившись до двух метров.
Ниже – нашпигованный металлоломом и кирпичом слой чёрной супеси (рыхлой песчано-глинистой горной породы) – как раз сейчас его разбирают рабочие. Рядом с раскопом гора хлама – то, что подняли за несколько дней.
«У нас повреждённый культурный слой. Он содержит артефакты, каменные орудия, фрагменты керамики, кости и другие находки, но перемешан с условно современным мусором 20-го века. Хотя есть находки – те же кирпичи периода царских времён», – говорит Евгений Крутых.
После разбора повреждённого слоя выходят на слой песка. На нём выделяются тёмные округлые пятна – археологические объекты.
«Видите, углубление в песке, заполненное тёмно-коричневой супесью? Мы его рассматриваем как объект, который может быть остатками жилища, хозяйственной ямы или чем-то иным, созданным древним человеком. Оно включает культурные остатки, фрагменты керамики, костяные и каменные орудия. Они наиболее сохранились, и здесь основная часть находок. Таких объектов вскрыто порядка двух десятков».
Финал исследований – контрольные шурфы (раскопы)– их сделали уже штук 15. Зачем? Раскопанная поверхность считается археологическим материком, местом, где селились древние люди. Но рядом море: один сильный шторм накидал метр гальки и песка, а внизу остался слой. Вот и роют шурфы от материка до воды, ниже уровня моря, чтобы это проверить.
На раскопе в основном задействуют лопаты. И совки – на более тонких работах, в заполнениях объектов. За какой инструмент браться, зависит от характера исследований. Важен формат. Закон определяет три вида археологических полевых работ. Разведки – когда памятники выявляют, раскопки – когда целые сохранившиеся памятники раскапывают, и наблюдения. На Патрокле – как раз последнее. Это те же самые раскопки, но на сильно повреждённом памятнике. Когда всё перемешано, добавлены бетонные плиты, арматура и прочее. Получается – есть масса довольно грубой работы при изучении повреждённой части культурного слоя, но на участках хорошо сохранившегося слоя применяют совки, щётки и кисточки.
На месте нашли следы двух периодов заселения – янковской археологической культуры раннего железного века и зайсановской, позднего неолита. В шурфах ищут как раз остатки старшей, зайсановской – за тысячи лет они могли быть не раз перемыты или засыпаны.
«Вот фрагмент керамики, – Евгений Крутых поднимает с земли осколок. – Это то, с чем будут работать кисточкой. Видите, здесь слой ракушек – он считается наиболее ценным и перспективным для сохранности. Как бы ни было смешно, это обнаружено буквально за 20 минут до вашего прихода».
Что нашли
Для археологов важны материал, контекст, информация. Каждый новый объект содержит части нового и не исследованного. Чуть иные формы сосудов, чуть другие орнаменты. Та же янковская культура, несмотря на массовость, с каждым памятником что-то добавляет к пониманию этапности, структуре, составу. Евгений Крутых говорит – его удивило прежде всего то, что, несмотря значительный уровень воздействия на объект, всё-таки сохранилась ценная для науки, общества и истории информация.
В числе того, что отыскали – большая китовая кость. Были и мелкие, в том числе костяные орудия. Это называется археозоологические остатки. Их передадут специалистам, которые сделают анализ видового состава. Наверное, это будут прежде всего морские животные. Жившие здесь люди ориентировались на морские промыслы, в том числе и добычу морских млекопитающих, рыболовство, морское собирательство.
В янковской культуре раннего железного века уже появлялись металлические орудия. Но здесь их не нашли, и это ожидаемо. Во-первых, тогда их было ещё немного, да и сохраняются они редко. А здесь ещё и риски: если слой был повреждён, орудия очень быстро могли корродировать (разрушиться от коррозии) и рассыпаться.
Начальник научно-исследовательского отдела НПЦ Ольга Морева выносит из вагончика собранное в последние дни. Раскладывает на столе – снимайте:
«Вот это мы ещё не вывезли в камералку. Самое интересное, или одно из самых – пряслице. По сути, часть древнего веретена».
Рядом – шлифованный сланцевый наконечник стрелы. Говорят, у него необычная тонкая и длинная форма. И здесь же – каменное грузило с желобком.
«Янковская культура ориентирована на морскую добычу, и грузила встречаются часто. Обычно самые элементарные – отточенная с двух сторон галька без специальной обработки. А у нас просто удивительно: целая серия грузил, сделанных очень тщательно. Из круглой гальки, с желобком для привязывания. С чем это связано – пока непонятно. Зачем делать сложное, когда можно проще?»
В ряду артефактов – шлифованное тесло. Очень гладкое, и чёрный сланец блестит на солнце. Это не топор, поскольку лезвие ассиметрично, но тоже рубящее орудие. Ещё есть что-то вроде стамески, тоже из камня. И обломки костяных орудий – возможно, их использовали как шилья.
Но основное – всё-таки керамика. Больших развалов, чтобы склеить и составить форму, здесь нет. Но керамика много даёт для понимания развития культуры. Это массовый материал, который активно использовали: вместо разбившейся посуды нужно делать другую. И вот в ней отображаются хронологические изменения культуры.
«Для нас этот комплекс представляет новизну, – говорит Ольга Морева. – Он не совсем тот, что мы привыкли видеть в устоявшихся этапах развития янковской культуры. Вот образец, крашеный снаружи. У него и орнамент, и валики, и бугорок-шишечка, и видны полоски – какую-то краску наносили. Редкое сочетание».
Множество мисок и чашек – ещё одна особенность памятника. Это посуда индивидуальная, столовая, как мы сейчас говорим. В ней не готовят еду для поселения или семьи. И это однозначно янковская культура. Зайсановской гораздо меньше. Но, может, найдётся – тут ещё есть нераскопанные участки.
«И янковцы, и зайсановцы селились по побережью. Первая культура мощная и многочисленная, селилась чаще на местах, где до них жили зайсановцы. Они просто уничтожали зайсановский слой. И мы его находим фрагментарно».
Янковцы долго считалась самыми изученными в первобытной археологии Приморья. Есть монографии, книги – казалось, и изучать больше нечего. Пока не стали раскапывать памятники большими площадями для реализации различных строительных объектов.
«Когда копаем целые поселения, жилища разных этапов, мы можем сравнивать, – говорит Ольга Морева. – У нас был один памятник в два гектара. Такая возможность появилась с 2015 года. И наше представление о янковской культуре сильно изменилось – как зарождалась, какие этапы прошла, что было в финале. Сейчас можем сказать, что янковка зародилась ещё в эпоху бронзового века. И только в финале, 2400 лет назад, у них появилось железо».
Здесь, на Патрокле, тоже большая площадь. Да, материал сохранился плохо, всё сильно перекопано, но, когда нанесут на планы найденные черепки, их облик, местонахождение – картина прояснится.
Что дальше?
Техническую съёмку современного техногенного грунта археологи начали в начале марта, а работу с древним культурным слоем – в конце. Полевые работы хотят закончить в течение месяца. Потом – камеральная обработка находок, говорит Евгений Рудых:
«Археологические памятники при спасательных археологических полевых работах в большинстве случаев полностью исследуются. Извлекаются все артефакты. Все конструктивы, особенности формирования культурного слоя будут отражены в научном отчёте. В этой истории мы должны поставить точку – исследовать культурный слой, извлечь археологические находки, передать их в музей – в нашем случае в музей имени В. К. Арсеньева. Они должны быть там, а не под метром битого бетона заброшенного аэродрома».
Когда археологи закончат, строительство на этом месте можно продолжать.
Для справки:
Зайсановская культура названа по стоянкам Зайсановка в Хасанском районе. Она присутствовала на территориях Приморья, Китая и Кореи.
Янковская культура названа в честь своего первооткрывателя Михаила Янковского. Выделена в южной части Приморья. Известно около 120 памятников янковской культуры.
