В честь 166-летия Владивостока мы открываем очередной международный виртуальный онлайн-фестиваль зарубежной музыки о Лучшем городе Земли. Десятки подобных композиций звучали в наших подборках прежде, и казалось бы, прослушано уже всё. Но с каждым годом всплывают другие, ещё неизвестные нам иностранные песни, которые открывают для нас неслыханные горизонты восприятия Владивостока. В этих опусах их заграничные авторы и исполнители выходят за рамки разумного и впадают в откровенные фантазии – играют владивостокский рок на Красной площади, летят из центра Европы во Владивосток на космическом корабле, признаются в любви королеве Владивостока, мечтают похоронить здесь своё сердце и в итоге приобретают доселе неизученное наукой заболевание – владивостокский синдром… Но тем интереснее и ярче играют многочисленные грани смыслов и образов нашего уникального города. Как и прежде, эти песни звучат на английском, французском, испанском, а теперь ещё на румынском и датском. Прислушаемся.
Открывая дикую любовь
Начинает наш безумный «фест» канадская панк-группа Golden Calgarians, которая ещё в 1984 году выпустила песню Vladivostok Rock. В ней под шум гитар они самодовольно заявляют о том, что играют рок на Красной площади, для ЦРУ, КГБ, для московских девушек, для всего западного мира и даже для семьи Романовых... В припевах они скандируют «Vladivostok Rock!», но судя по тексту песни, эти крики не имеют прямого отношения к нашему городу, а скорее говорят о своей музыке через стереотипные определения, связанные с зарубежными представлениями о Владивостоке, наподобие «запредельный, ужасный, невозможный» рок, или, используя их же слова – «рок Судного дня».
Эта песня открывает их альбом под названием Savage Love (Дикая любовь) и словно приглашает слушателя в мир музыки «золотых калгарийцев» – дикий, безумный, каким и кажется Владивосток для большинства западных обывателей с советских времён и до сих пор.
Эмигрантская тоска
Весьма неожиданную музыку о Владивостоке сочинила около сорока лет назад канадская группа Finjan (Klezmer Orchestra), работавшая в жанре клезмер (еврейский городской фолк). Их песня Queen of Vladivostok («Королева Владивостока») впервые вышла в альбоме From Ship To Shore (1988). Позднее её перепел артист Найджел Харрис (Nigel E. Harris), и в его исполнении 2012 года она сейчас доступна в сети. В песне упоминается о чехословаках, водке, звучит обращение «Товарищи!» – и всё это на фоне плясовой музыки с русским колоритом.
Может показаться, что это лубочная картина Владивостока эпохи гражданской войны и интервенции 1918-1920 годов. Но нет. На самом деле песня имеет не исторический смысл, а представляет вполне обычную мелодраму. Героиня Czechoslovak – это чехословацкая красивая девушка по имени Соня, которая ждёт своего избранника на берегу моря во Владивостоке. Песня исполняется от имени русского эмигранта Бориса, который по каким-то причинам оставил Соню во Владивостоке и теперь сидит на причале на другой стороне океана, в Америке, и печалится. Он вспоминает красоту Сони, говорит, что давно её не видел, называет «королевой Владивостока» и пишет ей письмо, где признаётся в любви и просит прислать ещё денег.
Сейчас трудно объяснить, почему для этого сюжета были выбраны такие сложные детали – Владивосток, чехословаки… Логически можно предположить, что Владивосток был включён в текст как далёкий порт, чтобы выразить тему разлуки и отчуждения партнёров, между которыми находится океан. Песня исполняется в юмористическом духе и, вероятно, высмеивает идею любви на расстоянии.
Оттепель близко
В прежних обзорах упоминалось, что в зарубежной музыке о Владивостоке часто звучат темы холода, обречённости, смерти и тому подобные негативные ассоциации, которые описывают Владивосток как самое суровое место на земле. Песня Vladivostok, выпущенная франкоязычной группой LAN из Швейцарии в 2001 году (альбом Woatsgainfokets), похоже, является одним из таких образчиков. Автоматический перевод из сети показывает, что в этой песне Владивосток представлен как гиблое место: город завален снегом, его жители замерзают и почти умирают от холода, но вдруг начинает теплеть и город оживает.
Сама песня звучит наподобие баллады, под гитарные аккорды, даже с некоторыми гимновыми интонациями, как будто музыканты стремятся канонизировать тему «холодного Владивостока» и «страшной России» и сделать из этого ритуальную «мантру». В сети можно найти концертную версию.
Во Владивосток на космолёте
Энергичную синти-поп-композицию Vostok-Vladivostok записал немецкий одноразовый проект Naukilot в 2005 году. В песне рассказывается о путешествии во Владивосток на космическом корабле Vostok – настолько далёким кажется наш город молодым людям из Германии! В полёте они видят красивые пейзажи, покрытые снегом, а приземлившись – встречают бурю и холод. Стоит добавить, что песня о Владивостоке открывает альбом под названием Love And Tragedies. Она начинается русским фольклорным запевом и аудиозаставкой «Радио Шансон», что означает, что песня в целом является проработкой русской темы и Владивосток используется в этом контексте как один из ярких символов России. Примерно как белая шапка-ушанка, которую солист Naukilot надевает на своём клубном выступлении с этой песней.
Город в хорошей компании
Сюрреалистическую композицию Vladivostok Karaoke выпустил датский музыкант Бент Хессельманн (Bent Hesselmann) в своём альбоме 2010 года Destinations («Направления»), где представил набор известных туристических направлений и знаковых географических локаций. В нём Буэнос-Айрес, Стамбул или Мумбаи звучат в соответствии со своей культурной спецификой.
Владивосток, в свою очередь, представляет приятная динамичная мелодия с космическим звучанием, поверх которой какие-то милые и забавные мультяшные голоса поют что-то на птичьем языке, с обилием шипящих, видимо, имитируя звучание славянской речи. Складывается впечатление, как будто путешественник оказался в какой-то загадочной, полуреальной стране, населённой неведомыми существами, надо полагать, нами, русскими. Но несмотря на художественные фантазии, приятно отметить, что в этом альбоме Владивосток оказался в числе 11 избранных локаций со всего мира, и это далеко не единственный пример, когда русский форпост на Тихом океане особо выделяется зарубежными музыкантами на глобальной карте.
А на добавку любителям всего датского есть возможность послушать эпически звучащую песню Fra Vladivostok til Addis Abeba («Из Владивостока в Аддис-Абебу»), которую исполнила на своём языке тамошняя рок-группа Iversen band в 2006 году. Там упоминаются такие города, как Бостон, Бангкок, Тель-Авив, но самое главное – Вавилон и Иерусалим. Достойная компания для Лучшего города Земли!
Французский рэп
Что может быть романтичнее рэпа на французском? Только рэп на французском о Владивостоке и водке. Эти два глобальных понятия можно уверенно расслышать в общем потоке французского «трёпа» от группы Hotel Moscou в их песне Vladivostok. Этот трек был бы не особо интересен, но он вошёл в мини-альбом под названием Vladivostok, выпущенный этим хип-хоп-дуэтом в 2013 году, что несколько увеличивает наш интерес к этому произведению. Более того, на обложке альбома действительно изображён Владивосток, и это повышает доверие к этой музыке.
Испанский панк
Европа продолжает жечь. Один из испанских рок-исполнителей Питер Адуана (Peter Aduana) сочинил задорную песню Ciudadano de Vladivostok («Гражданин Владивостока») и после включил её в свой альбом Dias Grises («Серые дни»), выпущенный в 2016 году. Полный текст и перевод песни с испанского на данный момент у нас отсутствует, но судя по дерзкому звучанию в духе поп-панка, гражданин Владивостока в этом случае – образ некой эксцентричной маргинальной личности.
Английский сплин
Владивосток в меланхолическом звучании получился у английской группы She`s Got Spies и её солистки Лауры Нуньес (Laura Nunes). В 2020 году они выпустили альбом Isle of Dogs («Остров собак») с песней Vladivostok. Предварительный перевод, сделанный с помощью онлайн-сервисов, показывает, что песня о поиске выхода из жизненного тупика, о попытке уехать на край земли, чтобы преодолеть экзистенциальный кризис. Примерно так: «Тысячи миль проехать на этом поезде, чтобы просто уйти. Я во Владивостоке, и мне нужно продолжать как-то идти вперёд, чтобы снова найти опору». В тексте также говорится о море, о маяке, про лёд, и героиня спрашивает: «Могу ли я уйти дальше этого моря?»
Песня исполняется вполголоса, как будто в состоянии тихого помешательства, но по факту представляет собой интересное поэтическое произведение, где сочетаются и затёртые западные стереотипы, и попытки представить реальный Владивосток. Кажется, этот текст может быть перспективен для полноценного литературного перевода.
Плохие парни сбегают во Владивосток
Неизменный статус «края земли» привлекает к Владивостоку внимание представителей разного рода маргинальных жанров. Так, франко-американский рэпер Наполеон Да Ледженд (Napoleon Da Legend) в 2022 году в альбоме Maison de Medici («Усадьба Медичи») выпустил песню, которая начинается словами: Got a kite to Vladivostok… (Воздушный змей полетел во Владивосток…). Далее идёт поток типичного «трёпа», который связать может только нативный носитель языка, но для нас главным является само название песни – Vladivostok Syndrome. В данном контексте это можно понять как навязчивое стремление к эскапизму, избегание окружающей реальности, непреодолимое желание уйти «на край света», в «западном» понимании. Это остроумное название может служить символом всего комплекса представлений о Владивостоке в западной культуре.
Ещё более клинически звучит песня экстремальной группы Sexy Prison (США) под названием Bury my heart at Vladivostok («Похорони моё сердце во Владивостоке»), выпущенная в 2003 году. Сквозь резкие звуки андеграундной музыки в ней почти нельзя расслышать слова, но одно название стоит всего текста. Оно представляет, пожалуй, самое истеричное и крайнее выражение отношения к Владивостоку из тех, которые известны нам до сих пор. Послушать можно по ссылке.
Край океана, край земли
Румыны порадовали, наконец. Группа Robin and the Backstabbers записала в 2019 году целый альбом под названием Vladivostok (Bacovia Overdrive. Vol. III) из 12 композиций, и среди них целых две песни посвящены нашему городу (Vladivostok 1, Vladivostok 2). Эта работа заметно отличается от владивостокотворчества большинства зарубежных музыкантов. Песни о нашем городе на румынском звучат красиво и романтично, а оформление альбома выражает морскую тематику и образы реального Владивостока. Судя по техническим переводам из сети, текст первой песни представляет собой философские и исторические размышления, а второй – о любви: «Это край океана, это край земли и твоя улыбка».
Нужно уточнить, что этот альбом является заключительной частью музыкальной трилогии, прежние альбомы которой также связаны с городами России: «Stalingrad» (2012), «Arhanghel’sk» (2015). А трилогия в целом посвящена классику румынской поэзии Джордже Баковия. Будем надеяться, что эта информация поможет нашим меломанам глубже познакомиться с такой концептуальной музыкой.
Кстати, на вторую песню снят клип.
На этой романтической ноте мы завершаем наш безумный фестиваль. В нём приняли участие более десятка команд, хотя они и сами об этом не знали. Как поют «золотые калгарийцы» в своём боевике Vladivostok Rock: «Мы не хотели, но так было надо». Многие из прозвучавших песен далеки от реалий и представляют наш город не в праздничном свете. Но положительная сторона всего этого креатива в том, что он выражает художественные фантазии на тему Владивостока. Наш далёкий для многих город интригует и провоцирует на творчество, и в результате получаются интересные произведения, неожиданные, оригинальные. Это экстравагантные картины, которые написаны не красками, а звуками и словами.
Для тех, кто оказался на нашем фестивале впервые, нужно объяснить, что упомянутые здесь песни – только частичка целого культурного явления под названием зарубежная музыка о Владивостоке. Этот интересный феномен существует уже около столетия, и его ведущими участниками стали музыканты из Западной Европы, Северной Америки и культурно близких им стран. С 1920-х годов они успели написать десятки песен и композиций о Владивостоке в самых разнообразных стилях – от классического джаза и симфоники до электроники и хип-хопа. С наиболее яркими произведениями такого плана можно ознакомиться в одной из наших публикаций. А в другой подборке можно послушать музыкальные композиции без слов, посвящённые нашему городу.
Все эти материалы свидетельствуют о том, что Владивосток в восприятии музыкантов и жителей стран Запада стал одним из важнейших городов России, одним из её главных «мест силы», в прямом смысле. Надо думать, этим и объясняется такое повышенное внимание наших зарубежных «партнёров» к Тихоокеанскому форпосту России. Эта обеспокоенность, может быть, и есть тот самый владивостокский синдром, который нам удалось выявить на этот раз в ходе изучения очередной подборки зарубежной музыки о Владивостоке.
Текст – Валерий Постников
