Новости Владивосток

«Могут прийти к любому»: обыски у активистов по делу о перекрытии улиц во Владивостоке признали законными

На серии заседаний Приморского краевого суда признали законными обыски у шести активистов, проходящих свидетелями по делу о перекрытии улиц в ходе акции протеста 23 января. В судебных заседаниях отказались раскрывать оперативно-служебные документы, на основании которых были составлены рапорты и приняты решения об обысках. Правозащитника и юриста Дмитрия Зубарева не допустили к представлению интересов большинства активистов, сославшись на отсутствие у него статуса адвоката.

Обыски у активистов прошли утром 6 февраля: сотрудники МВД совместно с представителями Росгвардии нагрянули к шести заметным городским общественникам, неоднократно принимавшим участие в акциях протеста. У Геннадия Шульги, Антона Расина, Максима Хозяйкина, Гии Какабадзе, Марины Железняковой, Романа Беломестнова изъяли телефоны, компьютеры, фото- и видеоаппаратуру в рамках возбуждённого уголовного дела по перекрытию улиц в ходе акции 23 января. Все активисты проходят по этому делу не обвиняемыми и не подозреваемыми, а лишь свидетелями. Двое из шести человек вовсе не присутствовали на акции 23 января (Хозяйкин и Беломестнов), и необходимость обыска у них вызывает отдельные вопросы.

Активисты посчитали, что тем самым были нарушены их права, закреплённые в ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, и что Первореченский районный суд, вынося постановления об обыске, подошёл к решению вопроса сугубо формально и даже не стал оценивать «достаточность» оснований для проведения следственных действий. Причём рассмотрение ходатайства по каждому из активистов, согласно протоколам судебного заседания, занимало ровно 10 минут. Активисты подали апелляционные жалобы на постановление районного суда в Приморский краевой суд.

Заседания по каждому из дел были назначены на 23 марта, некоторые из них совпадали по времени, другие шли друг за другом. Апелляционные жалобы и ходатайства помогал составлять активистам юрист Дмитрий Зубарев – однако в 5 из 6 случаев его не допустили к представлению интересов заявителей, сославшись на отсутствие у него адвокатской корочки. Зубарев считает свой недопуск незаконным.

«Адвокатский статус требуется по уголовным делам в определённых случаях, когда идёт речь о защите интереса подозреваемого, обвиняемого, подсудимого, но даже в таких случаях есть оговорка: судья может разрешить представление интересов по ходатайству, – объясняет юрист «ОВД-Инфо» Дмитрий Зубарев. – Шестеро заявителей – не обвиняемые, не подозреваемые. По аналогии с гражданским законодательством они имеют статус лиц, права которых были нарушены в результате удовлетворения судом первой инстанции ходатайств об обыске жилищ. В таком случае корочка адвоката не нужна».

Дмитрий Зубарев отметил, что судьи не допустили его до представления интересов заявителей на основании п. 6 ч. 4 ст. 56 УПК РФ, согласно которому свидетель вправе являться на допрос с адвокатом. Однако 23 марта происходил не допрос, а судебное заседание.

Причём на одно судебное заседание в качестве представителя интересов заявителя Дмитрия Зубарева всё же пустили – это оказался суд по апелляционной жалобе Максима Хозяйкина. Согласно рапорту, у Хозяйкина решили провести обыск, потому что он неоднократно нарушал порядок проведения акций протеста, размещал фото и видео митингов в группах в социальных сетях и даже негативно высказывался в адрес сотрудников правоохранительных органов. На акции 23 января активиста вообще не было, но при этом он, «возможно, хранит средства вычислительной техники, носители информации и иные предметы, содержащие материалы, имеющие значение для расследования уголовного дела».

В ходе судебных заседаний активисты требовали предоставить оперативно-служебные документы, на основании которых сотрудник Центра «Э» составил рапорты, предположив, что у каждого из шести активистов есть важные для следствия предметы. Суд отказал и в этих ходатайствах, сославшись на секретность и на то, что это может навредить следствию. В итоге по каждому из дел в Приморском краевом суде апелляционные жалобы активистов были отклонены, обыски признали законными.

Ранее активисты подавали в УМВД России по Владивостоку ходатайство о возврате изъятого имущества, однако в этом им было отказано. Так, например, у Геннадия Шульги в ходе обысков изъяли два телефона и два ноутбука, у Антона Расина – фотоаппарат, видеокамеру, телефон, жёсткий диск компьютера и несколько съёмных носителей информации. Активисты не знают, когда получат всю эту технику обратно и получат ли вообще. Также они отмечают показательно жёсткий характер обысков.

«Ко мне вломилась толпа полицейских, штуки три сотрудника Росгвардии, столько же сотрудников центра экстремизма, – вспоминает Антон Расин. – Самое показательное, что среди них был Двоеглазов Андрей Михайлович, майор центра экстремизма, который мне летом глаз подбил. С тех пор я пытаюсь добиться, чтобы по этому факту было заведено уголовное дело, но Следственный комитет тянет время, выносит однотипные постановления об отказе. Ранее Двоеглазов пытался надавить через руководство, чтобы я забрал заявление. Все эти следственные действия были проведены с целью запугивания, чтобы лишить нас возможности продолжать борьбу о привлечении к ответственности».

Напомним, видео с задержанием Геннадия Шульги попало в сеть. Лица, проводившие обыск, заломали мужчине руки и уложили лицом в пол, рядом с собачьими мисками, сняли это на камеру и выложили в сеть.

«Конечно, все эти обыски, эта группа дел, имеют исключительно политический контекст, – считает юрист Дмитрий Зубарев. – Обыски проходили у общественно-политических деятелей, которые участвовали много раз в различных протестных акциях. Но как это связано с уголовным делом, которое расследует УМВД? Какие основания есть для производства обыска? Это всё-таки существенное вмешательство в их права: нарушение неприкосновенности жилища, личной жизни. Они в рапортах даже не указали, что именно ищут, – одни обтекаемые формулировки. 

Можно проводить обыск в том случае, если есть подозрение, что лицо уничтожит необходимые для следствия доказательства. В данном случае этого риска не было, можно было спокойно всё запросить. 

Оперативное сопровождение этого дела осуществляет центр по противодействию экстремизму: его сотрудники выходили на все акции протеста, и в жару, и в холод, ждали нарушений, но не было оснований что-либо предъявить. Последние протоколы на активистов связаны с 15 августа. Всё копилось, вот им и дали установку запугать активистов. Могу сделать из всего этого такой вывод: если человек представляет интерес для правоохранительных органов или они получили разнарядку, то повод всегда найдётся. Могут прийти к любому, особенно учитывая, как происходит судебный контроль ходатайств».

После того, как активисты получат на руки решение суда, они намерены обратиться в Европейский суд по правам человека, выиграть его и получить компенсацию от Российской Федерации за нарушение их прав. Такой практикой в Приморье и в других регионах страны пользуются довольно давно.


Полная версия сайта