Новости Владивосток

Скандальный законопроект о крабовых аукционах в России принят в первом чтении

Законопроект о крабовых аукционах принят в первом чтении на заседании Государственной Думы 4 апреля. Сомнений в принятии поправок, меняющих исторический принцип на аукционную систему, у депутатов практически не было. Сверхбыстрый темп, в котором велась разработка, обсуждение и принятие нововведений, снижаться не будет − уже на вторник запланировано второе чтение.

Против законопроекта выступили абсолютно все, от экспертного сообщества до парламентских партий, кроме одной, которая имеет абсолютное большинство и не нуждается в представлении. Во время бурного обсуждения в Государственной Думе снова и снова звучали доводы о потере региональных бюджетов, рабочих мест, о возможных банкротствах. А регулятор, устами которого говорило правительство, парировал − «нам надо денег на исполнение национальных указов».

«В результате принятия законопроекта будет обеспечена прозрачная конкурентная среда в сегменте добычи, наиболее привлекательном по своей экономической эффективности и востребованном с инвестиционной стороны для бизнеса – добычи крабов, – кратко объяснил суть поправок глава Росрыболовства Илья Шестаков. – Основные положения законопроекта предусматривают введение нового вида квоты добычи крабов, предоставленного в инвестиционных целях в области рыболовства; выделение на инвестиционные цели 50% общего улова краба в морских водах для осуществления морского и прибрежного рыболовства. Доля квот добычи краба закрепляется по итогам аукционов – соответствующий договор заключается сроком на 10 лет. При этом договоры предусматривают инвестиционные обязательства по строительству объектов на территории РФ. Перечень видов краба и районов их добычи определяются правительством РФ».

По словам Шестакова, новшества касаются краба и только краба – остальные виды водных биологических ресурсов таким образом распределяться не будут. Уже есть «квоты под киль», этого достаточно. А промысел крабов отличается от других промыслов ВБР, прежде всего, высокой маржинальностью, экспортной ориентированностью и необходимостью усиленного контроля.

Действующие суда устарели, что негативно влияет на безопасность. При этом на общий ОДУ законопроект не влияет, как не влияет и на выпуск продукции из краба. Также не предусмотрено изменение имущественных прав и внесения изменений в действующие договоры. При принятии законопроекта будут обеспечены дополнительные доходы в федеральный бюджет – около 82 млрд рублей. Это сравнимо с уплатой налогов в отрасли за 20 лет. Также ожидается строительство около 40 новых краболовных судов на отечественных верфях, что повысит, с одной стороны, эффективность промысла, а с другой − контроль над отраслью. Ну и принесет дополнительно около 50 млрд рублей.

«Прежде всего речь идет о 2% от общего ОДУ вылова ВБР, включая рыбу, крабов и прочих, – выступил Николай Николаев, председатель комитета Госдумы по природным ресурсам. – Этот узкий сегмент принадлежит десятку бенефициаров. Всего 10 человек! Оборот этого сегмента − 60 млрд рублей. Мы запросили данные о прибыльности рынка у налоговой службы. Только половина − 50 компаний из 100 – нам дали данные. Итого − 32 млрд рублей. То есть оборот 60, прибыльность − 32 млрд по половине рынка. То есть мы можем говорить о 100-процентной рентабельности. А что получает государство? А государство от этого оборота за пользование очень важным и элитным природным ресурсом получает менее 1% – 388 млн рублей. Мы говорим о том, чтобы для части вот этого сегмента отменить исторический принцип. Это, конечно, прежде всего система, которая защищает себя сама. Ее невозможно изменить. Но возникает вопрос − нам как государству, людям, которые ждут реализации национальных проектов, нам нужна вот такая стабильность? Что стабильно государство практически ничего не получает за пользование ВБР, который принадлежит государству? Я думаю, что нет. Так что законопроект важен, нужен и очень своевременен. Нам предстоит реализовать закон о бюджете. В этом законе уже заложены большие средства, которые может получить наша страна по результатам проведения вот этих аукционов. Эти средства пойдут на развитие отрасли, на новые рабочие места, на строительство новых судов. Поэтому конечно важно это принять как можно быстрее».

Николаев отметил, что во время обсуждения законопроекта правительство получало информацию о «некоторых рисках из некоторых регионов». Но председатель профильного комитета уверен, что рабочих мест и всего остального станет только больше − «нет там никаких рисков». И никакой секретности тоже не было, потому что аукционы − это абсолютно прозрачная и доступная система, в которой принять участие может любая компания. Критерий будет один − государство будет получать деньги за этот ценный ресурс.

Довольно лукавая постановка вопроса и сама суть поправок сразу нашли отклик у депутатов – вопросов было много. Андрей Андрейченко, депутат по Приморскому краю от ЛДПР, спросил, почему нельзя было использовать другие механизмы для пополнения бюджета. Например, повысить ставки за пользование ВБР или налоги увеличить. Тем более, что последняя мера обсуждалась на Госсовете у президента аж три года назад. И если за три года ничего не было сделано, то кто же тогда виноват в том, что бюджет недополучил средства? Илья Шестаков ответил, что и налоги вырастут тоже − с 1 января 2020 года.

Также депутаты от фракции ЛДПР, которая, кстати, полным составом проголосовала против принятия поправок, интересовались, каким образом маленькие компании смогут зайти на аукцион. Если правительство уже подсчитало, что получит от 82 млрд рублей и больше, то шаг торгов предполагается огромным. И не было бы более логичным ввести акциз и прогрессивный налог на маржинальный ресурс. Однако Николаев настаивал на том, что электронные аукционы — наиболее прозрачная форма распределения. Хотя неоднократно говорилось о том, что за кулисами аукционов существует практика сговоров.

Также предложенные поправки не были разосланы в регионы и не была получена единая позиция от местных органов исполнительной власти. Но и это, как оказалось, было необязательно.

«Мы специально отправляли на экспертизу данный законопроект и получили отзыв, – пояснил Николай Николаев. – Мы не говорим об изменении объема вылова природных ресурсов. Он как ловился, так и будет ловиться. Мы говорим о правилах допуска к распределению долей. Речь идет о хозяйствующих субъектах и их отношениях с государством. Мы обсуждали замечания на комитете. Этот законопроект рассматривается на разных уровнях уже более года, от регионов до прессы. Правительство проводило оценку регулирующего воздействия, которая собрала около полутора тысяч отзывов, большинство отрицательных. Правительство это услышало».

Хотя на самом деле – не услышало, поскольку оценка регулирующего воздействия все равно не была принята во внимание.

По словам регулятора, конкуренцию создаст уже то, что одна компания не сможет выкупить более 35% выставленных на торги квот. Хотя Андрейченко отметил, что никто не помешает компании создать «дочку» и выкупить еще 35% долей.

Депутат от КПРФ Алексей Куринный попросил прояснить странности с цифрами. Например, если прибыль сегмента составляет 60 млрд рублей, то почему бюджет получает только 388 млн рублей, хотя по простым расчетам должен получать не менее 20%, то есть 12 млрд рублей. А также – каким образом государство рассчитывает на получение 82 млрд рублей, если это превышает прибыль сегмента в принципе. Оказалось, что это сумма прибыли только по половине рынка. А прибыль от аукционов распределяется на весь период, то есть на 10 лет.

Еще один приморский депутат Алексей Корниенко от фракции КПФР поинтересовался, чем вызвана спешка в принятии поправок. Шестаков ответил, что все «согласно установленным процедурам». И никакой спешки. Также лоты будут сформированы таким образом, что не позволят за три года окупить инвестиционные вложения. Это должно побудить компании честно исполнять контракты. Иначе соглашение будет разорвано, а «квотовладелец» свои вложения обратно не получит.

Алексей Веллер от ЕР поинтересовался, кто ответит в том случае, если не получится собрать 82 млрд рублей? По версии регулятора – отвечать не придется, поскольку цифра является экспертной оценкой, а на деле поступлений ожидается даже больше.

Во время выступлений после ответов на вопросы депутаты трех парламентских партий на пальцах раскладывали, что региональные бюджеты будут терять по миллиарду рублей в год. Что основной кредитующий банк отзовет выданные кредиты, поскольку закрепленные по историческому принципу доли квот обесценятся на 70%. Что пострадают даже те морские регионы, где краб не добывают, поскольку компании так или иначе завязаны в консорциумы, которые как раз и используют крабовые квоты в качестве «залоговой валюты» при получении кредитов в банках. Коммунисты предложили на втором чтении принять концептуальные поправки − например, 14-летний мораторий на «оставшийся исторический принцип», чтобы он уж точно дожил до конца срока. В отношении крабовых квот КПРФ и ЛДПР предложили механизм проведения аукционов, которые предполагают утром деньги, вечером стулья, то есть сперва строительство судов и заводов, а потом уже – право на вылов.

Также депутаты отмечали, что в случае невыполнения обязательств контракт расторгается только через суд. А суд по подобным вопросам тянется два-три года. То есть недобросовестный пользователь, пока судится, получит возможность еще пару лет добывать краба. Шаг аукциона предполагается, как уже говорилось, огромным – мелкие колхозы и предприятия не потянут торги. Люди потеряют рабочие места, потеряют деньги и будут покидать приморские регионы. С Дальнего Востока, например, и так бегут толпами – побегут еще быстрее.

По расчетам специалистов Высшей школы экономики, при подобном симбиозе распределения квот было достаточно выставить на аукционы 28% от имеющихся. Одновременно предлагалось умеренно повышать ставки за пользование ВБР и установить трехлетнюю пошлину на экспорт живого краба. Только вот разработчики законопроекта риски не оценивали − они сами признались. И половину квот выставляют на аукционы просто потому что могут.

«Не нужно трясти страну, – попросил Алексей Диденко от ЛДПР. – Это приведет к серьезным расселенческим проблемам. Дальний Восток и так кипит, они вам уже высказывают свое недоверие. Оставьте их в покое».

Но зато все понятно было некоторым депутатам от партии власти. Дмитрий Сватковский из Нижнего Новгорода зачем-то припомнил трагедию с судном «Восток», которое затонуло в Японском море в 2018 году. По версии депутата, это произошло из-за того, что судовладелец не вкладывал средства в обновление флота – судно было старым. И так происходит в целом по отрасли, где парк судов – «бэушные» краболовы из Норвегии, Японии, Германии 90-х годов постройки. А в России суда не строились совсем. Правда, Сватковский забыл, что судостроение в России – дело дорогое и долгое.

Вторая угроза − это браконьерство. Запрос на живого краба у соседних стран огромный, поэтому рынок пополняется «в черную» и налогов из-за этого нет. Словом, только инвестиции могут увеличить доходы наших граждан. Аукционы сделают систему понятной и прозрачной. А «партия строит на страже народа и его интересов, так что будет голосовать за законопроект».

Николай Николаев уверен, что все выступают против лишь потому, что 10 бенефициаров на протяжении многих лет вылавливали ресурс абсолютно бесплатно. А теперь надо платить. И именно эти люди сейчас недовольны тем, что перестанут получать сверхприбыли, обделяя государство.

Скандальный законопроект после бурной дискуссии все же был принят в первом чтении. 340 депутатов проголосовало за, 58 против, 1 воздержался. И есть все предпосылки к тому, что второе чтение будет мало отличаться от первого. На обсуждение поправок дается всего три дня. Парламентские слушания по данному вопросу назначены на 8 апреля. А второе чтение – уже на следующий день. То есть итоги слушаний просто не будут приняты в расчет, какими бы они и были.


Загружаем комментарии...

Полная версия сайта