Новости Владивосток

«Проводник коммунистической идеи» — истории из жизни Северного китайского театра во Владивостоке

Северный китайский театр – одно из немногих зданий Миллионки, сохранившихся почти в своем первозданном виде – неожиданно оказался в центре внимания – после того как глава Владивостока заявил, что со временем театр вернет свое изначальное предназначение, а для юных гимнастов, которые тренируются в здании на Пограничной, 12-б, найдут более подходящее помещение. Возможно, такой прилив внимания к себе театр переживал только в 30-х годах прошлого века, когда на него неожиданно упало бремя перевоспитания китайского пролетариата.

«Как известно, во Владивостоке было два китайских театра – Южный и Северный, – рассказывает Виктор Шалай, директор музея имени Арсеньева. – Северный назывался "Сун-чжеу-утай" ("Никогда не стареющий, как молодой бамбук"), а Южный – "Юн-сян-ча-шан" ("Благостно вечный дух чаепития"). И так сложилось, что в Южный театр ходили чаще зажиточные, состоятельные китайцы, а в Северный – возможно, потому что он был больше, вместительнее – те, кого Советская власть позже назвала китайским пролетариатом».

Театр был построен в самом конце XIX века, ему больше 120 лет. Этот театр – видимо, именно потому что туда больше ходил простой люд, выдержал такие потрясения, как смена строя и установление советской власти. В первые годы после того, как части под командованием Иеронима Уборевича вошли во Владивосток, советским чиновникам и сотрудникам компетентных органов, а также партактиву было особо не до китайцев, но уже после 1925 года на Миллионку было обращено пристальное внимание. Начались попытки так или иначе ввести этот особый квартал в общее русло жизни Страны Советов, частью которой был Владивосток. Началась агитация и пропаганда, и разумеется, одной из важных ее составляющих стали театры. В Южном театре была организована библиотека для китайских женщин, в частности – для проституток, чтобы читали и перековывались. Там же стали ставить спектакли по произведениям Пушкина. В конце 30-х Южный театр закрылся, чтобы после ремонта стать кинотеатром «Родина».

Северный театр – как прибежище пролетариата – решено было использовать для более пламенной агитации. Этот театр всегда был переполнен. Интересно, что в 1930 году его посетил писатель Михаил Пришвин и оставил такую запись в своем дневнике за 20 июля:

«Вчера в китайском театре изображалась жизнь за 500 лет от нашего времени, и приемы игры были древние, а сюжет состоял в том, что богатый по своей оплошности попадает в руки бедного, переносит через это все страдания, какие только может вынести человек, но, в конце концов, правда торжествует, богатый восстанавливается в своих правах, а бедного ведут на виселицу. Китайский театр был переполнен, у каждого китайца в руке был чайник и чашечка, курили, грызли семечки тыквы. В этой обстановке невольно перестраивался согласно сюжету пьесы, манерой игры и видом публики тоже на жизнь за 500 лет до нашего времени. И вот именно потому, что перестроился на то время, долго я принимал изображение на заднем экране за балдахин, под которым сидит человек. И вдруг товарищ мне говорит:

— Вглядись-ка получше, ведь это же трактор.

Я надел очки и увидел, что это действительно трактор, притом цепной и самой совершенной конструкции, и на нем сидел человек в кепи. Вверху же было напечатано на двух языках, на китайском и под ним на русском: "Голос пролетарского искусства дружно везде поднялся против новой войны"».

Китайские театры, в том числе и Северный, кстати, отличались по своему строению от привычных русской публике театров: здесь лицом к сцене стояли столики, разносили чай. Показательно, что с той стороны стола, которая была обращена к сцене, стул никогда не ставился – никто не должен был сидеть спиной к представлению. Китайцы приносили с собой в театр семечки и радостно грызли все представление. А женщины, особенно в Южном театре, всегда сидели на балконе и никогда не спускались вниз, пока не расходились мужчины. Поэтому они приносили с собой в узелках не только семечки, но и настоящую еду.

Вообще китайские обычаи в быту могли шокировать любого. Архитектор Николай Рябов, например, в начале 30-х годов прошлого века также посетил Северный театр. Он вспоминал, что было жарко, даже душно, и китайская публика утирала пот с лица одним полотенцем, которое перебрасывали от стола к столу. Простые нравы, но их нельзя было не учитывать при попытке изменить китайцев и направить их на «путь советский истинный».

«Об истории Северного театра и попытках сделать его оплотом советской агитации интересно написано в книге Нелли Мизь и Дмитрия Анчи "Китайская диаспора во Владивостоке. Страницы истории". К примеру, там говорится, что актив китайцев, воспринявших идеи советской власти, предпринял в начале 30-х годов сделать Северный театр более передовым и близким к советской идее, точнее – сделать театр таким, какими они были по всей стране. Эта идея вышла боком в первую очередь даже не из-за смены репертуара, а из-за простого, на наш взгляд, нововведения – предварительной продажи билетов. Это была роковая ошибка. Те, кто предложил такую новацию, не знали, что в китайских театрах публика никогда не платила на входе. Билеты зрители покупали по настроению, иногда в ходе спектакля, если нравилось, иногда даже после. Если спектакль не нравился, зритель не платил совсем. Это была традиция. И тут такой промах советских фининспекторов, чья душа просто не выносила мысли, что количество проданных билетов может быть меньше количества занятых мест. Промах был грандиозный. На "советизацию" Северного театра с беспокойством смотрели те, кто не считал идеи коммунистов достойными распространения среди китайцев. И как только за вход в Северный театр стали брать деньги, тут же началось старательно подогреваемое недовольство: "Коммунисты берут деньги при входе, грабеж, попрание священных ценностей китайского театра!" Тут же не преминули пройтись и по другим "слабым местам": в Северном поставили пьесу о вреде опиекурения? Хотят лишить бедного китайского рабочего последней радости в жизни! И так далее...» – рассказывает Виктор Шалай.

История с предварительной продажей билетов едва не стала трагической для Северного театра – во всяком случае, публики там стало меньше. Впрочем, его судьба в определенном смысле была предрешена: ведь к 1937 году в нашем городе не осталось фактически китайцев, они были выселены в результате спецоперации НКВД.

Но здание Северного театра, в отличие от Южного, сохранилось. И оно фактически не перестроено внутри, а потому является живым свидетелем «взлета и падения Миллионки», уникального квартала Владивостока.   

Подписаться на канал VL.ru в Telegram

Китайские артисты. Фото из архива Приморского музея им. В. К. Арсеньева — newsvl.ru Марионетки. Фото из архива Приморского музея им. В. К. Арсеньева — newsvl.ru Марионетки. Фото из архива Приморского музея им. В. К. Арсеньева — newsvl.ru Бывший Южный китайский театр. Фото из архива Приморского музея им. В. К. Арсеньева — newsvl.ru Современный вид Северного китайского театра — newsvl.ru На месте бывшего Северного китайского театра находится спортивная школа — newsvl.ru
Китайские артисты. Фото из архива Приморского музея им. В. К. Арсеньева — newsvl.ru Марионетки. Фото из архива Приморского музея им. В. К. Арсеньева — newsvl.ru Марионетки. Фото из архива Приморского музея им. В. К. Арсеньева — newsvl.ru Бывший Южный китайский театр. Фото из архива Приморского музея им. В. К. Арсеньева — newsvl.ru Современный вид Северного китайского театра — newsvl.ru На месте бывшего Северного китайского театра находится спортивная школа — newsvl.ru

Загружаем комментарии...

Полная версия сайта