Новости Владивосток

«Я не знаю, зачем нужны книжки», — владивостокский издатель Константин Дмитриенко о самородках и «Самородке» (ИНТЕРВЬЮ)

Более 120 книг выпустил владивостокский поэт и издатель Константин Дмитриенко. Уже в октябре в его проекте NidingPublUnLTD выйдет в свет с десяток новых сборников. А автор одной из книг года в феврале станет обладателем премии «Самородок», которую основал Константин. Корреспондент VL.ru побеседовала с ним о читателях, писателях и деньгах.

- Если говорить про издательский проект NidingPublUnLTD в цифрах...

- Первая книга проекта вышла в 2006. Потом долгое время проект тянулся ни шатко ни валко. Не было концепции и понимания чем, собственно говоря, мы занимаемся. До 2013 года выпустили около десятка книг, в основном поэтических, и в феврале 2013-го, собственно, серьезно стартовали. С 2013 года по настоящее время вышло около 120 книжек. Команда – это те, кто у нас публикуются, то есть авторы. И те, кто в той или иной степени помогает проекту чем угодно. Вот вы сейчас берете у меня интервью – вы уже в команде. Тиражей, собственно говоря, как таковых нет. Мы выпускаем 50 книжек, затем, если они расходятся и нужно еще – допечатываем. Вообще, вся эта система оценки по тиражу, по объемам продаж, на мой взгляд, несколько ущербна. Какой тираж был у альманаха «Метрополь»? А у Библии Гутенберга? Дело не в тиражах, дело в самих книгах.

Книжки стоят обычно 150 рублей, иногда больше. Приобрести можно на проводящихся презентациях, в нескольких магазинах во Владивостоке, выписать через группы проекта в Facebook и VK.

- В чем идея издательского проекта? Понятно ведь, что больших денег на нем не заработать...

- Идея проста, как коленный рефлекс. Книжки должны выходить. О качестве литературы будут судить после выхода книжки. Пока книжки нет – нет и факта литературы. Все рассуждения о том, что надо или не надо издавать, хорошая-плохая литература – это все от лукавого. Человек осознает себя писателем – если вы, я, Медведев там или Путин скажут ему, что он не писатель, - что от этого изменится? Да ничего. Кто-то считает, что нужно издавать лучшее. Ха! Тоже мне специалисты-лапузинцы (Лапузин Борис Васильевич — владивостокский поэт, член Союза писателей России, представитель литературного мейнстрима советского Приморья — прим. VL.ru). Издавать надо все. Вот такая концепция. А что касается денежной стороны... Не знаю. А на чем можно заработать деньги? Вот я выборами заниматься люблю и умею (Константин — не только писатель, но и пиарщик — прим. VL.ru). Заработаю на выборах — вложу в издание книжек!

- Книгоиздательство, очевидно, вещь затратная. Нужны человеческие и финансовые ресурсы. Не проще ли уйти в интернет и там делать хороший сетевой проект? Или продавать PDF-макеты книг для электронных устройств? Или даже распространять литературные тексты по QR-коду в людных местах? Зачем вообще нужны тоненькие бумажные книги, хоть и с хорошими стихами и прозой?

- Не затратная. Не нужны. Нужны писатель и читатель. Я не знаю, что такое «хороший сетевой проект». И поэтому — не проще. В электронных книгах PDF, кстати, не очень хорош. Да и не уверен я, что QR-код – реальное распространение книг. Наверное, можно прямиком в ноосферу и астрал закидывать, но толку от этого меньше нуля. Открою секрет, мне лично просто нравится делать книжки, вот я их и делаю. Нравилось бы метом баражить, наверное, барыжил бы метом. И я не знаю зачем нужны книжки. Вот пенсии пенсионерам – нужны. Крым России – нужен. Мастерские художникам, сантехники унитазам и так далее, а книжки... Ну можно на них сковородку ставить, например. Очень удобно.

И кстати, может быть, плохие стихи и плохая проза нужны в большей степени, чем хорошие. Они позволяют читателю осознать себя выше плохого. А если человек чувствует себя хорошим, умным, добрым — это же хорошо? Я считаю, что хорошо.

- Среди российских издателей и распространителей книг бытует мнение, что литература с востока страны на запад «не двигается» - лишь редким образцам удается достичь московского-питерского читателя. Вашим книгам удается выйти на западную аудиторию?

- Да, удается. Особенно это касается книг авторов, живущих на западе. Помогают магазин «Додо» в Москве (его хозяева Шаши Март и Макс Немцов), Данила Давыдов в Москве помогает, то рецензиями в «Воздухе», то авторами. К.С.Фарай (переводчик, поэт, живет в США — прим. VL.ru) помогает, Вячеслав Крыжановский из Санкт-Петербурга очень помогает.

- Как вы считаете, скоро ли рост цен на сырье (печать, бумагу, энергетические ресурсы для книгопечатания) убьет бумажные издательские проекты? В итоге к каким формам придут бумажные книги?

- То есть вы уверены, что «убийство издательских проектов» неизбежно? Ну-ну. Тут можно вспомнить классическое «Вешайте! Всех не перевешаете!». Ниша для бумажных изданий останется в любом случае. Какими будут книги – другой вопрос, адресовать который нужно футурологам. В любом случае, у книги будущее есть, никуда книга не денется до тех пор, пока люди будут писать и читать.

- Что-то я не слышала, чтобы кто-то (по крайней мере у нас во Владивостоке) всерьез говорил, что он зарабатывает литературой (особенно стихами) на жизнь. Так вообще можно?

- Для начала нужно четко понимать, что значит «зарабатывать литературой». Большая армия издателей, библиотекарей, редакторов, переводчиков, критиков, культуртрегеров и прочих, - они чем зарабатывают? Журналисты, сценаристы, драматурги чем зарабатывают? Вот, специалист в современной литературе Максим Жук разве не на ней зарабатывает? Критик Александр Лобычев не с литературы живет?

Смешно предполагать, что просто писательство (как акт написания чего либо) обязано приносить доход пишущему. Писатель, по моему представлению, вкладывает средства в некий проект, дальше дело за его продвижением. Один из первых шагов – издание книги. Второй шаг – продвижение ее, раскручивание. Кто должен быть заинтересован в раскручивании проекта больше, чем сам писатель? В этом плане можно привести пример Василия Авченко — неплохой автор, старательно продвигает себя, формирует круг своих почитателей, уверенно позиционирует себя Писателем. Кто мешает любому человеку, считающему себя писателем делать так же? Никто не мешает. Но нет. Достаточно велико число тех, кто считает, что достаточно написать что-то и к нему тут же побегут с предложениями и миллионом на блюдечке с голубой каемочкой, а он такой замечательный будет гнуть пальцы, манерничать и перебирать предложения, как девка женихов. Сколько издательств отвергло «Гарри Поттера»? Семь? И только после этого – взрыв интереса, миллионы, слава.

- Поэтические вечеринки, на ваш взгляд, способствуют популяризации поэзии?

- Вот, это в продолжение к предыдущему вопросу. Не могу сказать о популяризации поэзии, но факт, что участие в таких вечеринках – отличный прием продвижения автором того, что он делает. Это необходимо и читателям, и авторам. На таких мероприятиях как минимум можно наткнуться на меня и получить от издательского проекта предложение об издании книжки. Можно отказаться, сказав: «Я выше этого, любите меня просто так». Но это уже дело личное. В конце концов, есть же огромная масса великолепных текстов никому неизвестных и похороненных под камнем с эпитафией: «Гениальное произведение, спрятанное от всех».

- Поэзией, как говорят книгоиздатели, в России практически невозможно заработать. Но находятся поэты, имена которых на слуху, которые выступают, получают гонорары за публикации, книги которых быстро раскупаются. Вера Полозкова, Дмитрий Быков, из старой гвардии – Евгений Евтушенко...

- Наверное, книгоиздатели правы, раз так говорят. А может быть просто платить не хотят? Что-то вроде знаменитого: «Денег нет, но вы там держитесь». Или не менее знаменитого «Это же призвание, да? Хотите много денег – идите в бизнес». Вы вот приводите в пример Полозкову, Быкова, Евтушенко – достойные бизнесмены от поэзии. Вполне могут мотивирующие лекции читать и получать дополнительный доход. Будем считать это высказывание шуткой. Мне непонятно, почему интервью спускается на уровень денег. С термином «полозковщина» все уже давно знакомы. И представителей этого явления в русской литературе достаточно. Опять же я не знаток качества текстов, это вам нужно к Лапузину или к Ивану Шепете обратиться, они много знают и скажут. А я, повторюсь, просто выпускаю книжки, которые и есть путь к читателю, зрителю, слушателю и вообще – путь в вечность. Просто работать надо. Писать, издавать, искать своего читателя.

- В феврале уже в третий раз кто-то из авторов проекта получит премию «Самородок». Кому, почему, по какому принципу она вручается?

- Вручается одному из авторов проекта, чья книга вышла у нас в течение года. Таким образом, мы, те, кто финансирует премию и издательский проект, стремимся подчеркнуть важность литературы, значимость и престижность нашего издательского проекта. А выбираем просто. На свой непритязательный вкус – берем и награждаем. Вот такая история. Да.

Евгения Мель (текст)

Загружаем комментарии...

Полная версия сайта