Новости Владивосток

Лица Победы. Василий Титов: «В гараже Гитлера я удивлялся — как мы их смогли победить?»

В эти майские дни ветеран Великой Отечественной войны Василий Иванович Титов планирует отметить не только день Победы,  а еще и собственный юбилей: 11 мая у него 85-летие. За плечами — полтора года войны и тысячи километров фронтовых дорог, еще пять лет военной службы в оккупированной Германии, 42 года работы в такси Владивостока. «Словом, вся жизнь за «баранкой», - говорит ветеран корреспонденту VL.ru.

Василий Иванович, как отправлялись на фронт дальневосточники?

Сейчас так просто это вспоминается: ноябрь 43-го, повесточка, мешок за плечом, военкомат на Первой речке. Оттуда нас и отправляли. Погрузили в товарняк, в теплушки. Мы еще все смеялись, что везут нас, как коров. На дорогу сухарей выдали. Довезли до станции Завитая в Хабаровском крае. Сколько ехали? Да ровно, пока сухарей хватило. А приехали, там — голодуха! И мороз — градусов 50 был в те дни. Я во Владивостоке родился и вырос, даже и не подозревал, что так холодно бывает. Ну одели нас там по погоде. Правда, обмундирование «второй очереди», но всё тепло.

«Второй очереди» - это что значит?

Штопанное, стиранное... В новое наряжали тех, кто ехал на фронт, а их вещи, стало быть, нам. А мы попали в 41-ю бригаду, что-то вроде «учебки». Три месяца солдатской науки — и на запад, на фронт. В 43-м, как видно, на фронте не так тяжело было, поэтому новобранцев не спешили в бой бросать, учили как следует. Так что, и мы сами были как бы во «второй очереди».

А как попали в боевую часть?

Приехал офицер, подбирал водителей. А я как раз до призыва курсы водителей закончил, права были. Вот, меня и еще 5 человек отправили под Москву, в Пушкино. А там со всей России народу было. И забавное совпадение: попал я там опять в 41-ю бригаду, только уже зенитную. Возил пушки, были у нас такие 37-миллиметровые... только по воробьям стрелять. В кино про войну бывают эпизоды о том, как зенитчики вражеские танки останавливают. Так вот, нашими 37 миллиметрами танк даже не напугаешь. Расчет у пушки был 6 человек: один снаряд тащит, другой крутит, третий вертит... Вот и вся автоматика! А ведь стреляли и в самолеты попадали. Сейчас вспоминать и смешно, и страшно.

Снаряды возить страшно?

Да, страшно. Знаешь ведь: немец налетит, достаточно будет одной пули, одного осколка в кузов со снарядами, чтобы вместе с машиной взорваться. Страшно, но везти-то все равно надо. Возили. Да и машины у нас тогда были хорошие, мы в них верили. «Студебеккеры», «шевроле» - это все от союзников.

Как они, союзники? Приходилось встречаться?

Союзники... Американцев потом в Германии много раз встречал: ну парни как парни! Это потом уже стали образ врага рисовать. А тогда — вся, можно сказать, техника была американской. Автомашины, самолеты, даже танков американских было много. И кормила нас Америка — будь здоров! Если бы не эта помощь, нам бы до Победы шагать и шагать.

Кстати, танки американские, «шерманы», были не очень. Наша «тридцатьчетверка» тихо идет: так-так-так... вплотную подойдет, что и не услышишь. А «шерман» - мотором визжит, грохочет весь — слышно издалека, сам себя выдает. Да и видно тоже — заметный танк, высокий. Ох, и били их немцы, страшно. По всем полям, по дорогам эти горелые «шерманы» со звездами стояли.

Зато «студер» - это не машина была, а песня. Стоит на морозе, подойдешь — раз-два, завелся, поехал. Скорость — 60 миль в час, это километров 100. И «виллис» не хуже: машина верткая, быстрая, для военных — самое то!

А немецкую технику довелось так же своими руками «пощупать»?

Да, впечатление было горькое от этого. Земляк меня в Берлине позвал гараж Гитлера посмотреть. Такая техника! Против нашей — нечего и говорить. У них турбонаддув, а у нас... как мы их победили только? Кстати, «мерседес», на котором Штрилиц в кино ездил, помните? Такие там тоже были. Отличные машины!

Когда Вы впервые приняли участие в боях?

Это был январь 1945 года. Стояли мы в Польше, на Висле. Соседи наши - «штрафники», уголовники бывшие. Хорошо помню, 14 января. Старый Новый год — загудело все, загрохотало. «Штрафники — вперед!» Мы, зенитчики, на острие атаки не были, но шли сразу за наступающими частями, прикрывали танки от немецкой авиации.

Потом был Берлин. Дошел я до него, все-таки. И в уличных боях принимал участие. Потом — Победа. И все мы ждали демобилизации, все думали — когда же нас по домам? Наших соседей, казаков, отправили на Дальний Восток, воевать с японцами, а нас оставили в Берлине.

Затянулась у вас дорога домой...

Да, я в 1945 году из зенитчиков попал в СМЕРШ... была такая контора - "смерть шпионам!", служил там водителем. Машина легковая, ездили, в основном, по Берлину, по разным зонам оккупация. Языков я не знал, с теми же американцами общались «на пальцах». Получалось. Что нам друг от друга было надо? Да черт его знает! Но жестов хватало, чтобы выразить дружеское расположение.

А что было после службы?

В 1950-м демобилизовался. У старшего брата в гостях побывал: он раньше меня на фронт ушел, после войны во Владивосток не вернулся, осел в Днепропетровске, женился там. А я — к родителям, на Первую речку. Жили мы на том месте, где сейчас клуб железнодорожников. Какое-то время отработал в крайисполкоме, возил начальника крайплана. Потом пошел в таксопарк, 42 года отработал в такси. Машины у нас тогда были «Победы». Название громкое, а мотор — 40 «лошадей», как мотоцикл нынешний. Ну представляете, каково было на ней по приморским сопкам... Одно время «Москвичей» подкинули — дохлые оказались машины, быстро из строя вышли. Ну потом стали «Волги» появляться — работать стало веселее. Из таксопарка меня и на пенсию проводили.

В ноябре 1943 года вас из Владивостока отправился целый эшелон. Встречаете кого-нибудь из своего призыва?

Разбросало нас еще в 40-е годы. Кто на Западе воевал, кто с Японией. Оборвались все связи. Поэтому очень рад был в 80-е годы встретить товарища, с которым ехали вместе на Завитую. Оказалось, соседями по даче были, можно сказать, бок о бок много лет, а встретились случайно. Узнали друг друга сразу, хоть и столько лет прошло. Жаль, он уже ушел из жизни, товарищ мой дорогой. Этот День Победы будет уже без него.

Олег Чермышенцев - VL.ru
Полная версия сайта