Новости Владивосток

Фронтовик Николай Лепеев: «В меня стреляли — и я стрелял» (ВИДЕО)

Нет в России семьи, которой не коснулась бы война. День Победы — повод вспомнить тех, кто воевал, кто ковал Победу в тылу, кто был в те годы ребенком. Ведь народ, который не помнит прошлого, не имеет будущего. Проект VL.ru, посвященный рассказам участников тех событий и их потомков, так и называется — «Вспомним!»

92-летний Николай Артемович Лепеев не любит, когда его называют ветераном. «Я — фронтовик!», - гордо говорит он. Он воевал в пехоте, командовал сперва взводом, потом ротой автоматчиков — под Ржевом, в Восточной Пруссии, в Прибалтике, не раз был ранен. О своей службе гвардии лейтенант Лепеев говорит просто: «В меня стреляли — и я стрелял».

В 1941 году Николай Лепеев окончил 10 классов и уже сдал первый экзамен в институт. Но мечты о светлом будущем прервала война. Объявили всеобщую мобилизацию. Сперва он окончил курсы для офицерского состава, получил звание младшего лейтенанта, первые два года формировал маршевые роты для отправки на фронт. А в 1943 году попал на передовую сам.

«Ближе к концу 1943 года я попал под Ржев. Я до того не слыхал не свиста пуль, ни взрыва снарядов, - рассказывает Николай Артемович. - Смотрел на все широко открытыми глазами. Немцы обстреливали нас минометом. Кто постарше, кричал: "Ложись!" А я хотел посмотреть: как взрывается мина. Это самое страшное оружие для пехотинцев! Только она касается земли, по неглубокому осеннему снегу идут полосы. Словно цветок, ромашка. Такие мы были наивные».

Все рвались на передовую. Думали, что немцев буквально закидают шапками. Масла в огонь подливала официальная советская пропаганда, выставлявшая врага недалеким. «А немец колотил нас, как хотел, - вздыхает наш собеседник. - Мы учились у них воевать. Недавние школьники, мы представляли немцев как технически грамотных людей. Ненависти к ним я не испытывал».

Подвиг пехоты — всегда коллективный, говорит Николай Лепеев. Сколько 18-19-летних мальчишек полегло там — уже никогда не сосчитать. «Я был одним из "старых" офицеров — около восьми месяцев оставался в живых. О смерти мы вообще не думали. Было страшно, да. Потому что непонятно. Вот, допустим, враг поколотил роту автоматчиков — было 90, а стало 16. Нас туда перебрасывают... - рассказывает лейтенант. - Тогда не было похорон. Зимой вырывали, например, какую-то ямку, всех стаскивали — общая могила. И домой шла похоронка: «Ваш сын геройски погиб...». А вот ночью никто не воевал. Бои начинались с рассветом. Обстрелы были, да. У немцев обстрелы были по секторам: как начнет колотить - и минут на 15. По громкоговорителю кричат: «Русь, давай! Слушай музыку!» И «Катюшу», например, включат. А потом: «А теперь, Русь, слушай другую музыку!» И начинает из дальнобойной артиллерии обстреливать».

На животе Николай Лепеев прополз куда больше, чем прошел ногами. Но, говорит, были люди, которым приходилось еще тяжелее: «Перед наступлением приходили девчонки — санитарная рота. А сколько каждой из этих милых девчонок — 18-19 лет. Ей же не только перевязать надо, еще и тащить бойца на себе или на шинели до сборочного пункта. Я уж не говорю о бытовых условиях — их нет. Я могу укрыться за бугром, перебежками перемещаться. А она никуда не скроется. Еще были полевые связисты. Руководство боем осуществлялось через телефон. На горбу катушки с проволокой. Это называется "полевой телефон". А вдруг перебило кабель? Это бедный связист в любой ситуации хватает кабель и бежит чинить. Пехотинцам, полевым связистам и санитарочкам было страшнее всего. Им надо ставить золотые памятники...»

Ранило Николая Артемовича не раз. Последнее тяжелое ранение было в Латвии, при взятии Риги. Смеется, вспоминая, как не мог двинуть головой — и думал, что ее оторвало. Тогда его чуть не приняли за мертвого — но обошлось. Месяца два заикался после ранения. Потом восстановился. А после войны долго работал строителем — нравилось ему, как страна «ширится, дыбится».

Вот только одного не может понять пехотный лейтенант Лепеев. «Я взрослый человек. Старый, уставший фронтовик. Но я понять не могу. Ведь люди развивались тысячи лет. У всех есть религия. В Библии, Коране, в других книгах — везде написано: "Не убей". Все призывают к миру, дружбе, любви. Но однако же — то там, то там вспыхнут очаги. Мне непонятно: почему человек такой агрессивный?»

ВИДЕО:


Пришлите свою новость
Пришлите свою новость
Полная версия сайта