Новости Владивосток

Киносеанс превратился в издевательство над зрителями. По чьей вине?

В эти дни во Владивостоке проходит кинофестиваль «Поколение АССА». 5 отечественных фильмов, снятых в 90-ых, вернули на большой экран, устроили относительно свободный вход, громко заявили: «В «Уссури» фестиваль артхауса!». Имена режиссеров говорят сами за себя – Муратова, Лунгин, Хотиненко. Казалось бы, смотри да радуйся. Но оказавшиеся вчера в зале на просмотре «Москвы» Александра Зельдовича зрители столкнулись с таким свинским отношением, что о каком-либо высоком искусстве разговор вести просто не получается.

Сложилось так, что этот фильм я впервые увидел еще в 2000-ом году, на VHS, когда никакими DVD в нашей стране и не пахло. С тех пор прошло 8 лет, я пересматриваю его не реже раза в год и, уж поверьте, могу подписаться под своими словами. Предвкушая редкое удовольствие увидеть пусть и неоднозначный, но все же любимый фильм на большом экране, да еще и в новом кинозале, я надеялся на отличный вечер. Если бы кто-то сказал мне, что из зала я выйду разъяренным и в отвратительном настроении, я бы рассмеялся и не поверил. Однако именно так и произошло.

Во-первых, фильм начался, мягко говоря, не сначала. К тому, что вступительные титры с легкостью можно обрезать, откромсав при этом и часть фильма, я привыкнуть еще не успел, но – хозяин барин. Разве мы (а зал «Владивосток» был заполнен примерно на три четверти) какие-нибудь мажоритарные акционеры, чтобы диктовать свои правила? Кому-то билеты достались за обладание картой постоянного зрителя, кому-то – за то, что были абонентами одного из сотовых операторов, кому-то – на лекциях высоких московских гостей. Денег за контрамарки никто не платил. А значит, следуя логике администрации кинотеатра, никто никому ничего и не должен.

Отлично, начали не с начала. Через 15 минут после старта изображение погасло, зато в зале загорелся свет. Возмущенный ропот прокатился по рядам, на экране мигнула стандартная заставка DVD-плейера, и кино началось заново. Опять не сначала. так что первые 15 минут мы посмотрели дважды, зато половина зала успела поговорить по телефону и настрочить множество смс-ок об этом курьезе. Но тут мне стало совсем не по себе.

Я начал замечать, что из фильма вырезают фрагменты – по 5, 10, 15 минут. Они просто пропадали в никуда, не было и намека на какой-то альтернативный монтаж или «режиссерскую версию». Вырезано эпизоды были весьма грубо и по-дилетантски. Похоже, что заметил это только я, остальные громко переговаривались: «ничего не понимаю. Она ему кто? А это кто? А что он сделал?». Действительно, в таком варианте понять что-то в и без того перегруженном образами фильме Зельдовича по сценарию одного из самых известных русских писателей современности Владимира Сорокина было, как минимум, затруднительно.

На этом неприятности не закончились. Все время сеанса изображение дрожало, прыгало, скакало и мутнело. Разглядеть хоть что-то порой было почти невозможно. В результате же авторской «кастрации» фильм, который идет 146 минут, продлился ни больше ни меньше – РОВНО ЧАС. То есть вырезана была его основная часть, 90 минут экранного времени. Я бы понял, если бы кто-нибудь после сеанса вышел к зрителям и извинился за неудобства, но нет. Видимо, для администрации кинозала подобные показы выглядят абсолютно нормальными.

Мне могут возразить: могли прислать не ту копию, могла быть неисправной техника, оборудование. Но почему же не объяснить это зрителям, которые, фактически, посмотрели совершенно другое, убогое и дрянное кино? Сдается мне, будь это на сеансе с голливудским блокбастером, все было бы в порядке: вышли бы, извинились, попросили не менять купленные билеты. «Купленные», кстати, ключевое слово.

Неудивительно, что все без исключения зрители на выходе делились далеко не лучшими впечатлениями, преимущественно в выражениях обсценной лексики. Право, ни мы, ни уважаемые Сорокин с Зельдовичем такого не заслужили.

Не_Москвич, e-mail в редакции.

Загружаем комментарии...

Полная версия сайта