Новости Владивосток

Уполномоченный по правам предпринимателей Марина Шемилина: «Разум должен быть во всем» (ИНТЕРВЬЮ)

Более 200 жалоб на власть всех уровней получила Уполномоченный по защите прав предпринимателей в Приморском крае Марина Шемилина за первые шесть месяцев 2015 года. VL.ru побеседовал с Мариной Анатольевной о том, адекватны ли штрафы, что такое рискоориентированный подход и почему возврат бизнеса по суду далеко не всегда является счастливым «конечным исходом» судебных разбирательств.

Институт Уполномоченного по защите прав предпринимателей в Приморском крае был создан в декабре 2012 года и стал первым на Дальнем Востоке. Тогда бизнес-омбудсмен, а им с самого «рождения» ведомства является Марина Шемилина, работала в аппарате губернатора.

- А с сентября прошлого года мы работаем как самостоятельный государственный орган. Это дает определенную независимость в принятии решений, - говорит Марина Анатольевна. - Мы рассматриваем обращения предпринимателей — ИП и юридических лиц. Ко мне могут обращаться бизнесмены, которые зарегистрированы в Приморском крае или права которых нарушены на территории региона. Недавно было обращение из Челябинска, например. Причем оно было перенаправлено нам челябинским Уполномоченным.

Я всегда обращаю внимание предпринимателей, что Уполномоченный рассматривает не хозяйственные споры, а исключительно жалобы предпринимателей на действия (бездействие) должностных лиц любого уровня. Мы с органами власти заключаем соглашения о взаимодействии и сотрудничестве. Очень тесно взаимодействуем с прокуратурой Приморского края, потому что в ее полномочия входит осуществление надзора за нарушением прав предпринимателей.

Количество обращений в адрес Уполномоченного растет. Так, в 2013 году к нам поступило 235 обращений, за прошлый год — 282. А за первое полугодие 2015-го — уже больше 200. Институт Уполномоченного набирает обороты, становится все более известным в предпринимательских кругах. Люди, которым помогли решить проблему, рассказывают об этом другим.

Все обращения проходят через меня лично. У нас в штате работает два юриста, которые проводят первичную обработку жалоб и докладывают мне, нарушены ли права предпринимателя. Если да, мы совместно разрабатываем стратегию защиты.

Нужно признать, что в любом деле у каждого своя правда. Закон нам предписывает всегда запрашивать мнение второй стороны. Если в жалобе приведены факты откровенного нарушения законодательства со стороны должностных лиц органов власти, то направляем в соответствующий орган власти рекомендации о прекращении противоправных действий. Но это простые жалобы, таких поступает мало. Обычно же все очень запутано.

Когда поступают сложные жалобы, особенно связанные с рейдерством, коррупцией, уголовным преследованием, институт Уполномоченного работает совместно с Центром общественных процедур «Бизнес против коррупции». Также на общественных началах привлекаем опытных юристов и адвокатов, работающих во Владивостоке, - поучаствовать в рассмотрении жалобы и высказать свое мнение.

- Есть яркие примеры сложных дел?

- К нам несколько раз обращались предприниматели, которые оспаривали факт рейдерства в Арбитражном суде. Как правило, это корпоративный спор. Один из соучредителей обманным путем подделывает документы и выводит кого-либо из состава учредителей, отстраняет директора, выводит активы на другую компанию. Пока человек обнаружит, обратится в Арбитражный суд, пока идут разбирательства, рейдер успевает вывести все активы. Есть случаи, когда человек выиграл суд, его восстановили в правах, он опять стал директором, учредителем. И получил назад компанию, но без активов, а зачастую и с долгами. А потом пытается вернуть это имущество.

Многое зависит от правильно подготовленного искового заявления. Предприниматели думают, что, если суд признает неправомерность назначения нового директора, все вернется на круги своя. Но если они сразу не заявят, что все сделки должны быть признаны недействительными, то это не будет рассмотрено. Это разные процессы. Суд рассматривает исключительно предмет иска. Восстановив свои права в одном процессе, предприниматель вынужден начинать следующую тяжбу. Не добившись успеха в арбитражном процессе, предприниматель пытается  возбудить уголовное дело.

У нас сейчас на рассмотрении несколько аналогичных дел, в которых предприниматели пытаются вернуть свой бизнес с помощью уголовного производства. Например, есть в крае фирма, связанная с металлообработкой, — там как раз произошла такая смена. Все активы, оборудование, станки были выведены — а человек получил назад предприятие с пустыми стенами.

Есть еще одна компания, у которой директор был в Москве, а здесь через подставные документы провели реорганизацию компании, на новую фирму перенаправили все контракты. А реальный предприниматель и не ведал об этом. Данное обращение было решено в пользу заявителя, мы участвовали в процессе восстановления нарушенных прав.

С одной стороны, мы не можем вмешиваться в корпоративный конфликт. А с другой стороны, один из учредителей, как правило, привлекает административный ресурс — зачастую это силовые, правоохранительные органы. Даже если люди выиграют дела в Арбитраже, то вернуть имущество достаточно сложно. Бывает, что к тому времени активы проходят через несколько собственников, появляются добросовестные покупатели. На заседаниях Центра общественных процедур «Бизнес против коррупции» мы рассматривали около семи подобных жалоб, когда юридически компания возвращается владельцу, но реально он не может осуществлять деятельность.

- На какие органы власти предприниматели чаще всего жалуются?

- По результатам опроса предпринимателей, больше всего жалоб приходится на действия должностных лиц федеральных органов власти — МЧС, Роспотребнадзор. Но ведь это объективно, именно эти структуры и проводят больше всего проверок.

Около 30% жалоб в 2013 году поступили на органы местного самоуправления. В 2014 году их доля стремится к 40%. Лидируют вопросы, связанные с земельными правоотношениями. Если рассматривать муниципалитеты, то, конечно, впереди Владивосток, так именно в краевом Центре сосредоточено более половины всех предпринимателей края и они здесь более активны, в том числе и в части защиты своих прав.

В прошлом году на втором месте по количеству жалоб был Уссурийск, оттуда поступало много жалоб по земельным спорам. В этом году его «потеснил» Дальнегорск. Обращения по земле, аренде, непрозрачности муниципальных закупок.

В конце моего ежегодного доклада, размещенного на официальном сайте администрации Приморского края, есть результаты опроса 350 предпринимателей по всему краю. Я всегда говорю: мы можем сколько угодно подниматься в каких угодно рейтингах, но предприниматель на себе должен ощущать, что ему комфортно и безопасно работать.

- Я смотрю результаты этого опроса и вижу, что предприниматели в основном недовольны. И проверки, по их мнению, строгие, и штрафы неадекватные...

- А штрафы действительно неадекватные. Я полностью поддерживаю предпринимателей в этой части. В декабре прошлого года на встрече Уполномоченных с Президентом Российской Федерации в своем выступлении я предложила уменьшить в два раза штрафы для малого бизнеса. Уже несколько лет мы говорим, что система контрольно-надзорной деятельности должна перестраиваться, что должен быть рискоориентированный подход к каждому бизнесу. В оригинале — отношение между потребителем и поставщиком услуг не должно лежать в плоскости контрольно-надзорных мероприятий. Если потребитель недоволен, он должен обращаться в суд — хотя для этого и должна по-другому работать судебная система.

Я всегда привожу в пример ту же Америку. Если там потребитель купит испорченную булочку и обратится в суд, продавец может разориться. В США предприниматель «боится» потребителя, а у нас — властей. Конечно, сейчас бизнес меняется, все-таки старается работать на потребителя, привлекает клиентов. Но боятся по прежнему контрольно-надзорных органов. А бизнес не должен бояться ошибаться.

Есть, например, у нас закон «О противодействии коррупции». Если предприниматель берет на работу бывшего госслужащего, он должен известить об этом его экс-работодателя. С одним нашим предпринимателем произошла такая история. Он принял на работу бывшего чиновника, кадровая служба отправила уведомление, но в свободной форме. А оказывается, есть утвержденная форма уведомления! За то, что он ей не последовал, прокуратура подала иск, суд вынес решение: оштрафовал компанию на 100 тысяч рублей! Это разве разумно? Достаточно было бы дать предупреждение, чтобы он исправил документ. Ведь своим правонарушением предприниматель не нанес никому никакого ущерба.

С другой стороны, и для предпринимателей есть послабления. Если раньше, например, вы открывали магазин, ресторан, парикмахерскую, то обязаны были пригласить пожарных, СЭС и множество других организаций. Сейчас все проще. По электронной почте в Роспотребнадзор отправляете уведомление, что начинаете новый бизнес. Просто же? Просто. Но предприниматель, уловив первую часть, не прочел вторую — что он своим уведомлением заверяет, что им соблюдены нормы, предъявляемые к соответствующему виду деятельности. Его освободили от первоначальных посещений всех структур, но увеличили ответственность. Конечно, одновременно контрольно-надзорная деятельность должна была перейти на  рискоориентированный подход.

- Что имеется в виду под этим словосочетанием?

- Все компании разделяются по категориям риска. Скажем, есть сапожная мастерская, а есть большой торговый центр. Сейчас, например, пожарный надзор должен с одинаковой периодичностью проверять и то, и другое. Сапожник сам заинтересован в том, чтобы у него было все хорошо, он один работает. Его можно и не проверять, напоминать лишь о замене огнетушителя. А в торговый центр - это, как правило, многоэтажное здание, место массового скопления граждан, поэтому он имеет намного выше риск нанесения вреда здоровью и жизни. В здании должны быть эвакуационные выходы, гидранты, автоматическая система оповещения и т.д.

Или «Роспотребнадзор». Он проверяет всех с одинаковым постоянством. Но есть колбасный цех, а есть та же сапожная мастерская. Риски ведь разные!

Если бы рискоориентированный подход уже был, может, не было бы всех этих штрафов, разбалансированности. К сожалению, он запаздывает и сейчас только вводится по различным видам деятельности.

С 1 июля у нас введен Единый реестр проверок. В свободном доступе имеется только его часть, Уполномоченные имеют доступ к полной информации. Мы будем анализировать ситуацию по нагрузке контрольно-надзорных органов на бизнес. С 1 января 2016 года будут также введены надзорные каникулы. Все это должно освободить микробизнес и малый бизнес от чрезмерных проверок.

- А кто чаще обращается? Есть ли жалобы от субъектов крупного бизнеса?

- Я много лет занимаюсь общественной работой в сфере защиты прав предпринимателей, стояла у истоков и возглавляла «Лигу торговых предпринимателей», более десяти лет руководила Общественным Советом предпринимателей Приморья. Поэтому всегда больше общалась с малым бизнесом. И думала, что этот сегмент в основном и будет обращаться к Уполномоченному. Нет. Оказалось, что микро- и начинающий бизнес обращается реже, разве что за советом. Им нужен совет не Уполномоченного, а больше коллеги, человека, который уже прошел все эти круги — я ведь 17 лет занималась бизнесом.

Самое первое дело у меня было, как раз, с крупным бизнесом — 2500 работников, рыбная отрасль. Причем дело уголовное. В прошлом году обращалось предприятие лесной отрасли — 5000 работников. Индивидуальных предпринимателей и юридических лиц у нас примерно 50 на 50. Но правовая форма не говорит о размере бизнеса.

- На встрече бизнес-омбудсмена с предпринимателями поднимался вопрос о самостроях. Раньше было сложно получить разрешение на строительство, возводили объекты без документов. Теперь стоит вопрос: то ли их регистрировать по факту, то ли сносить.

- Надо различать. Есть нестационарные объекты, а есть капитальные здания. Если мы говорим о «времянках» - например, о киосках, то убирать объекты, которые ставят внаглую, без всякого на то разрешения, необходимо. Это незаконная предпринимательская деятельность, которая создает неравную конкуренцию для тех, кто работает легально.

Что касается капитальных строений, нужен индивидуальный подход при публичном обсуждении проблемы. Мы когда говорим об «индивидуальном подходе», часто как раз и думаем о коррупционных схемах. Но в данном случае, это не так. Комиссия, коллегиальный орган должны рассматривать каждый вопрос отдельно. Если нарушений строительных норм и правил нет, если здание не наносит вреда экологии, гражданам, то, наверное, можно и узаконить. Ведь мы помним, что к сожалению, в 90-е, да и в начале 2000-х практически невозможно было строиться без коррупционной составляющей. Сейчас, конечно, предприниматели, жалеют об этом, но у них был один выход – не строиться!

К сожалению, с землей во Владивостоке очень непросто! Постоянно передаются распорядительные функции от одного органа к другому. В 2008 году произошла передача полномочий на уровень края. И многие предприниматели, владельцы временных строений, имея на руках договоры с администрацией города, никак не могли продлить арендные отношения в крае. К ним должен быть другой подход. Они и сейчас законно работают, платят налоги и аренду. Понятно, что им надо дать узаконить свои отношения.

- Край-то хочет их узаконивать?

- Разные есть позиции. Позиция города, например: если нестационарный объект не портит облик города, земля под ним не планируется для использования для нужд муниципалитета, то власти не будут трогать объекты, которые поставлены на законных основаниях, а предприниматели платят налоги и арендные платежи, хотя договоры по ним и закончены.

1 марта вступили в силу новые нормы Земельного кодекса. Они гласят, что все участки должны продаваться с аукциона. И договоры не продлеваются, нет такого понятия, как «добросовестный арендатор», «преимущественное право» — если срок договора закончился, то земля должна выставляться на торги, при этом предприниматель должен привести земельный участок в первоначальное состояние. А это означает — убрать постройку. И в случае, если этот же предприниматель выиграет торги, он вновь будет устанавливать свой объект — киоск, например.

Правильно говорит Игорь Сергеевич Пушкарев: город меняется, улучшается. Все помнят «Торговую улицу» на Фокина — никто ведь сегодня не скажет, что ее зря снесли. Были «дикие 90-е», а сейчас Владивосток стал другим. На Океанском проспекте или площади Борцов за власть Советов не должно быть временных строений. Город должен приобретать современный, красивый вид.

Надо отдать должное и бывшему мэру Владивостока Юрию Копылову, что он принял решение убрать киоски с Фокина — и он тогда предоставил предпринимателям место. И Игорь Пушкарев молодец, что убрал перетяжки с центральных улиц.

Вспомните — весь Океанский проспект был в рекламных баннерах вплоть до саммита. Это же ужас! Всю красоту города скрыли. Помню времена студенчества: я заканчивала Институт советской торговли. Бежишь вниз, навстречу морю — и любуешься красивым видом. Как не вспомнить Пугачеву с ее известной песней про Владивосток: «Я буду вспоминать, как здорово бежать к воде по Океанскому проспекту». Ведь согласитесь, что нельзя «завешивать» рекламными растяжками этот великолепный вид.

Просто во всем должны быть четкие понятные правила игры, основанные на законодательстве. Предпринимателей надо в законном порядке, заранее извещать, если администрация больше не намерена сдавать участок. Но и бизнес должен понимать: если заключили договор на пять лет, это не означает, что землю дают на всю оставшуюся жизнь.

Необходимо применять принцип «Убираем объект, сохраняем бизнес». Может быть, властям стоит подумать и предложить предпринимателю другое место. У нас сейчас множество микрорайонов, где еще не развита инфраструктура — Снеговая Падь, Патрокл, другие места, не обеспеченные торговыми площадями. Надо искать компромисс.

- Показательна история с «В-Лазером»: была в аренде земля, они исправно платили, а когда захотели выкупить участок под «Гипермаркетом», оказалось, что должны десятки миллионов за якобы просроченную аренду.

- Официально они ко мне не обращались, но мы обсуждали этот вопрос с руководством компании. Ситуация, конечно, ненормальная. Это как раз то, о чем я говорю: разум должен быть везде. Чиновники, допустившие ошибки, должны за них отвечать. Так же, как и предприниматели, а может, даже и больше, учитывая, что они все-таки работают на государственной службе.

В апреле на всероссийской конференции Уполномоченных прошла встреча с руководителем Федеральной налоговой службы, Михаилом Владимировичем Мишустиным. Он говорил, что даже при налоговых проверках надо смотреть, способен ли субъект предпринимательской деятельности произвести платеж. В ситуации с «В-Лазером» — сумма большая даже для этой компании. В конце-концов, как говорит руководитель, «мы законопослушные, будет решение суда — будем выплачивать. Но нам придется закрыть какие-либо из направлений компании. Кому это выгодно? И что будет в итоге?».

- А что же делать тогда? Задолжали же.

- Я не понимаю, каким образом они задолжали, если предприятие регулярно производило акты сверки. Почему долг не обнаружился сразу? Какое должностное лицо подписывало эти акты? Мне кажется, что судебная система должна всесторонне рассматривать дела, оценивать реальный ущерб и потери. Это как раз то, о чем вы спрашивали: бешенные штрафы, платежи.

- Если продолжать тему аренды земли. Недавняя история, которая обсуждалась на заседании городской Думы: администрация Владивостока желает в одночасье повысить цены аренды участков под рекламные конструкции на уровень инфляции с 2007 года.

- Администрация, на мой взгляд, должна была проект этого нормативного акта направить на публичное обсуждение. Но почему-то посчитала, что он не несет никаких изменений в предпринимательской деятельности. Это не так, разумеется. Ассоциация предпринимателей оказалась даже не готова обосновывать свою позицию, они не были знакомы с проектом документа, людей просто поставили перед фактом.

В прошлом году, когда мы готовили ежегодный доклад, на первое место вышла проблема: качество муниципального управления. Депутаты задали резонный вопрос: почему восемь лет не индексировали стоимость аренды, а сейчас решили одним махом, причем в не лучшие экономические времена поднять цены? На Думе приняли разумное решение: создать рабочую группу и после принятия в первом чтении обсуждать этот вопрос. Я искренне была удивлена этим фактом, потому что в последние годы администрация города всегда вопросы, которые влияли на налоги, на аренду, обсуждала с бизнесом заранее, подобные темы поднимаются и на координационном совете. Почему сейчас их обошли, не знаю.

- Еще один вопрос — про коррупцию.

- На бизнес-часе, на встречах я всегда предостерегаю предпринимателей: не вступайте в коррупционные взаимоотношения, не идите на поводу у отдельных нечистоплотных чиновников. Ситуация в целом изменилась, уже не 90-е, не начало 2000-х, когда, как говорят те же строители, нельзя было по-другому. Во власть пришли новые люди. И они не хотят брать на себя ответственность за тех, кто когда-то за что-то получал деньги. Сейчас есть у бизнеса возможность менять правила игры в сторону улучшения условий ведения бизнеса. В Приморском крае работает институт Уполномоченного по защите прав предпринимателей. Если Вы столкнулись с такой ситуацией, приходите к нам.

Загружаем комментарии...

Полная версия сайта