Новости Владивосток

«Муниципальные выборы не плакатами выигрываются!» – политолог Вячеслав Беляков об итогах голосования за депутатов Думы Владивостока (ИНТЕРВЬЮ)

Итоги выборы в Думу официально подведены во Владивостоке. Обо всех прошедших в партиях, ярких кандидатах, досрочном голосовании, избирательной кампании в Facebook, работе на земле, деньгах и времени VL.ru беседует с политологом Вячеславом Беляковым.

– Итоги выборов логичны и ожидаемы. Я уверен, что любой человек, знакомый с политической обстановкой в Приморье, мог бы заранее сказать, что так и будет. Единственное, что можно отметить в итогах необычного – так это то, что «Партия пенсионеров» обошла «Справедливую Россию». В принципе, легко спрогнозировать было, что «пенсионеры» перешагнут пятипроцентный барьер и получат мандат. Но что они получат больше 7 % и обгонят на десятую долю «эсеров», было трудно предугадать. Это говорит о том, что СР девальвировала все активы и растеряла политический капитал, который когда-то имела. Еще не окончательно – все же мандат они получили, набрали 7 % голосов. Но, скажем так, это – оппозиционная партия второго эшелона, по крайней мере в нашем регионе. Если ты представляешь парламентскую партию и тебя на короткой дистанции обходит партия, не представленная в Госдуме, это для серьезной политической силы так себе...

– У СР изначально были странно составлены списки. У абсолютного большинства депутатов даже с узнаваемостью беда. В местном отделении партии есть человек, за которым избиратель бы пошел – «народный депутат» Александр Юртаев. По логике вещей его надо было ставить в основную часть списка (и пусть бы при этом шел по одномандатному округу). Как думаете, это какой-то просчет? Или деньги? Или так и было задумано?

– Действительно, партия серьезно потеряла позиции, когда ее покинул Константин Межонов. Но история с Юртаевым немного не о том. На прошлых выборах, если помните, он свой одномандатный округ проиграл тому же Примаченко. Но прошел в Думу, потому что был в общей части списка. Тогда он отказался отдавать мандат человеку, следующему по спискам за ним – хотя тот вкладывал деньги. Второй раз такую «ошибку» партия не совершила. Конечно, фамилия «Юртаев» в списках – это очень неплохая электоральная история, она бы усилила список. Но ставить его надо было первым. И тогда он получил бы мандат. А вот будет второй мандат или нет – просчитать довольно сложно. И надеяться на это и привлекать на это деньги опасно.

У Юртаева были реальные шансы выиграть на одномандатном округе. Разрыв с конкурентом, который победил, не очень велик. Надо было активнее вести избирательную кампанию. Муниципальные выборы не выигрываются пропагандой, большими идеями. Побеждают кандидаты, которые ножками, вместе со своими помощниками, сторонниками, агитаторами «пропахивают поле», работают с лидерами общественного мнения, с группами. Тем более Юртаев – на своей земле, в своем районе. Мне кажется, что у него в телефонной книге больше контактов, чем за него в итоге проголосовало. Почему он не смог их вывести – другой вопрос.

Конечно, у него было меньше финансовых возможностей. Но эти возможности на небольших выборах легко компенсируются «работой на земле».

– Что сейчас нужно делать «Справедливой России»? И, на ваш взгляд, пойдет ли победивший на выборах от СР Руслан Галицкий дальше в политику?

– Руслан Галицкий – успешный бизнесмен; может быть, у него есть интересы, которые он будет защищать в Гордуме. Сложно сказать, пойдет ли он на более высокие уровни власти. Пока он явно не политик.

Многие эксперты сходятся во мнении, что «Справедливая Россия» идет к своему закату. Этот цикл, возможно, будет для нее последним в Государственной Думе. Партия ни на федеральном, ни на региональном уровне не может предложить внятной повестки, идеологии. Вот коммунисты, допустим, заняли некую нишу «главных оппозиционеров страны», и это вполне логично. Коммунисты благополучно занимают второе место на выборах. Либерал-демократы тоже берут свои голоса всегда – за счет имиджа, слоганов и за счет того, что Жириновский еще жив и относительно здоров (хотя на самолетах уже и не летает). А вот справедливороссы существуют на грани электоральной погрешности, как бы это ни было печально. Ведь на самом деле – что «Партия пенсионеров», что «Справедливая Россия», у них же сейчас в Приморье нет ничего кроме названия: ни наполнения, ни какой-то внятной истории у кандидатов и организации. У «Партии пенсионеров» название лучше. Поэтому она и побеждает.

– Ты говоришь, КПРФ – главная оппозиция страны. Хотя на это же место претендует Навальный. В этой связи интересна связка части местных коммунистов и навальнистов. И отказ выдвигать главу штаба Навального Юрия Кучина кандидатом-одномандатником.

– Во-первых, я бы не сказал, что Навальный – главная оппозиция страны. Это определенный сегмент несистемной оппозиции, но нельзя сказать, что в этот электоральный цикл его сторонники как-то себя проявили. Возьмем муниципальные выборы в Москве – где Навальный? Нет Навального.

– К президентству готовится, видимо...

– Нельзя готовиться к президентству на пустом месте. И это всегда было проблемой Навального и его окружения. Они никогда ни над чем системно не работали. Например, не смогут никого от себя выдвинуть в мэры Москвы, потому что не участвовали в муниципальных выборах, у них нет депутатов. Хотя там много оппозиционеров прошло. А Навального не видно. Понятно же, что в президенты он не выдвинется. А на земле он не работает. Так что оппозиция это довольно виртуальная, на самом деле.

Теперь к вопросу про наших коммунистов, которые «сдружились» со сторонниками Навального – это забавно. Такого нет нигде в стране. И по идее не должно быть. Просто это особенность части владивостокских коммунистов, которые, мягко говоря, не совсем коммунисты... Они готовы «оседлать» любую ситуативную протестную историю.

Кучина КПРФ, конечно, выдвинуть не могла. Даже несмотря на активные споры на партконференции, представить себе такого кандидата от коммунистов сложно. Я уверен, что, если бы его выдвинули, в ситуацию вмешалась бы Москва и его все равно сняли бы. Ну это же совсем ни в какие ворота! Второй раз выдвигать от компартии человека, который вышел из фракции и объявил себя приверженцем другой партии – вряд ли. Как и сам он может выдвинуться от КПРФ? Это невозможно в нормальной, неразбалансированной политической системе. Зюганов на всю страну заявляет, что Навальный – новый Гитлер, а его активного сторонника во Владивостоке выдвигают в депутаты? Ну что смеяться.

В КПРФ серьезный конфликт внутри партии. Есть неинституциализированный ни в идеях, ни в действиях Артем Самсонов. И есть Андрей Ищенко, который более системен. В этой ситуации я бы поставил на группу Ищенко.

– Но электоральные массы пока на стороне первого?

– Пока да, он громче. Его больше знают. Но массы массами, а партия в случае какого-то серьезного конфликта, наверняка, поддержит Ищенко. Просто потому, что он ее не дискредитирует, как это делают люди из другого крыла. Посмотрим, как оно дальше будет. Но на мой взгляд, КПРФ на этих выборах выступила неудачно. Коммунисты могли получить гораздо больше. Почему не получили? Бессистемно работают. У них даже штаба единого не было.

– Много жалоб на этих выборах поступало по округу № 3, от коммуниста Максима Шинкаренко. Как считаете, он мог выиграть?

– Мог. Он получил хорошую поддержку год назад на выборах в ЗС ПК, очень небольшое количество голосов отделяло его от победы. И вот проблема – спустя год он не конвертировал эту поддержку ни во что! За год он с электоральной базой не сделал ничего!

– А что должен был делать?

– Работать «в поле», с людьми, с населением. И в рамках всего года и в рамках избирательной кампании. А он всю кампанию охранял от поджога свои плакаты. Муниципальные выборы не плакатами выигрываются! Его главный конкурент работал в поле. У него были агитаторы, понятная кампания...

– ...И деньги, чтобы привести выпивох на «досрочку»?

– Вот, кстати, я не видел в Советском районе пьяных. Сам был членом ТИК с правом совещательного голоса. В отличие от других, у нас запаха перегара в коридорах не было. Думаю, у Русинова на «досрочке» голосовали приличные люди. Это – качественно отработанная сеть. Агитаторы наверняка получали деньги – и они отрабатывали. Но посмотрите – явка даже на третьем округе очень низкая. Русинов и в день выборов привел людей. А Шинкаренко не сделал этого. Ходил бы он по квартирам, работал бы с людьми – результат был бы другой. Не верю, что он не смог бы привлечь деньги на кампанию – у него есть партийная поддержка, товарищи. Что, нельзя было поднять на тысячу человек больше?

Когда коммунисты в 2011 году выступили и победили на множестве округов, была протестная повестка. «Единая Россия» тогда на некоторых участках на выборах в Госдуму занимала четвертое место. На фоне большой федеральной явки коммунисты получили много голосов. На муниципальные выборы всегда ходит мало людей. Потому что, по мнению населения, местные власти ничего не решают. При низкой явке все решает техника.

– Ну как нет протестной повестки – ЭРА-ГЛОНАСС, система «Платон», ОДН. Это все можно было на себя перетянуть.

– Можно было, но никто этого не сделал.

– Интересен пример округа № 17. Оба основных кандидата – Артур Ахоян и Алексей Клецкин – «ходили в народ». Что в конечном итоге решило? Деньги?

– Когда работаешь с людьми, уговариваешь их прийти и надеешься, что они сами придут – это одно. А когда ты каждого берешь на карандаш и что-то делаешь, чтобы он не забыл проголосовать, – другое. Я знаю, что команда Ахояна работала со старшими по домам. И видел старших по домам, которые целыми днями за него агитировали, выводили жителей дома на выборы. Люди смеются, что иногда проще проголосовать, чем объяснить старшей по дому, почему нет. Это – хорошо построенная работа в поле. Возможно, что-то старшим по домам платили – ну молодцы. Деньги – это важный ресурс, один из самых важных в избирательной кампании, ими почти все можно заменить. Кроме упущенного времени. Даже отсутствие имиджа, истории. Но деньги также заменяются временем (если ты начал работать заранее), имиджем, идеями, работой с людьми. А Клецкин последнюю неделю, когда шла «досрочка», вместо того, чтобы работать с людьми, бегал по городу и снимал на телефон людей, которые голосуют за 500 рублей. Ну что ты с ними сделаешь? Ничего! Единственное, что ты можешь противопоставить – поднять больше людей. Бесплатно.

– Клецкин и Шинкаренко очень активны в соцсетях. У Алексея даже была такая акция, когда его друзья, лидеры общественного мнения, фотографировались с листовками «За Клецкина!» и выкладывали в Facebook. Как писали в соцсетях некоторые журналисты, это «дорого» – в смысле не платно, а дорогого стоит.

– Дорого и пока бессмысленно. Facebook – это, конечно, хорошая вещь. И с каждым годом она будет все больше работать. Активные пользователи соцсетей потихоньку взрослеют, приобретают социальную ответственность, позицию. Но пока что выиграть выборы в Facebook нельзя. У меня был один кейс пару лет назад, мы основную часть кампании очень активно провели в соцсети, потом пришлось приложить большие усилия, чтобы людей из интернета вытащить на голосование. Это было на муниципальных выборах, конкретно мы работали в Новосибирске на округе, в который входит академгородок. Для понимания: это территория, на которой 90 % людей имеют высшее образование, а 60 % избирателей – с ученой степенью. Вот там это уже срабатывает. А у нас, в городе моряков и рыбаков, пока нет. Опять же – друзьям в соцсетях все равно нужно что-то предложить, какую-то идею.

Я сам – житель Первореченского района. В течение этой кампании в нашем доме впервые прошла встреча с кандидатом в депутаты. Это был Михаил Берестенко, он выдвигался от «Справедливой России». Сколько живу в этом доме – ни разу не видел ни одного кандидата! А тут – пообщался, у меня какое-то мнение сложилось. Это я к чему говорю? К тому, что депутат должен что-то конкретное предлагать людям – за что они пойдут голосовать. Не за Советскую власть и не против «партии жуликов и воров» агитировать, потому что это бесполезно на муниципальных выборах. А за конкретный сквер и против конкретной ямы. Люди не дураки! Они понимают, что депутат Гордумы не повысит пенсии и не обеспечит всем социальное обслуживание, как писали некоторые партии. Хотя лозунги о том, что Владивосток станет конкурировать с Сингапуром от других партий, меня тоже приводили в некоторое недоумение. Это же смешно. Я выхожу из дома – яма по колено во дворе, и я не могу представить, как я конкурирую с Сингапуром.

– Главврач «тысячекойки» Вячеслав Глушко довольно удачно выступил на этих выборах. Проиграл Людмиле Таран совсем немного. Как думаете, за него голосовали или за «Партию пенсионеров»?

– Не за партию. У «пенсионеров» почти везде одинаковый результат. Тут как раз фактор личности сыграл свою роль. Человек с понятным и для многих приятным социальным статусом. Если сам Вячеслав Глушко захочет, то будущее в политике у него, безусловно, есть. Другое дело, что у главврача не так уж и много времени – придется выбирать. Просто быть депутатом несложно, а активно работать – совсем другое дело.

– А у самой-то «Партии пенсионеров» есть будущее?

– Очевидно, что она не будет большой и серьезной партией на федеральном уровне, но на региональном вполне может присутствовать. Я уже говорил, что у нее хорошее название, которое привлекает избирателей старшего возраста. Она выгодна действующей власти, поскольку оттягивает голоса у коммунистов и «разбивает» коммунистический электорат. Но «Партия пенсионеров», если мы посмотрим по стране, существует там, где есть интересанты – те, кто хочет зайти в региональные парламенты или в Думы городов, но не может по разным причинам сделать это через «Единую Россию» или, например, КПРФ.

– В отличие от СР, которая один мандат потеряла, Либерально-демократическая партия России, напротив, в два раза увеличила свое присутствие в Гордуме. Это результат того, что они хорошо поработали? Или личность Владимира Вольфовича притягивает население?

– Не могу сказать, что мы видели какую-то активную и заметную кампанию ЛДПР во Владивостоке. Да, Андрейченко серьезный лидер для либерал-демократов в Приморье. Они неплохо поработали с «протесткой» – ЭРА-ГЛОНАСС, «Радиоприбор», «Платон», с одной стороны. С другой, Дальний Восток тяготеет к ЛДПР. Можно вспомнить выборы в Госдуму 2007 года, когда они еще больше голосов набрали. Для них главное – вовремя о себе напоминать, свой процент они всегда получат, даже за счет «досрочки», которую ведет «Единая Россия». ЕР приведет 1000 человек – 100 из них все равно за ЛДПР проголосует! Они отобрали часть протестного электората у КПРФ. И если бы не играли в «договорные матчи», а вели бы серьезную кампанию во Владивостоке, могли бы взять и больше.

За ЛДПР всегда голосуют в тюрьме, в море и в армии. Связано это, пожалуй, с особенностями контингента, который находится во всех этих местах. Может быть, уместна шутка о том, что ограниченное пространство так на людей влияет. Но скорее безапелляционные заявления Жириновского, имидж бескомпромиссного лидера нравится военным, морякам и заключенным.

– И наконец, про «Единую Россию». Была ли эта кампания успешна для партии?

– Это была нормальная кампания. В целом по многим округам ЕР получила больше голосов, чем год назад на выборах в ЗС ПК. И это для них – результат в плюс. Если по пригороду год назад было 44 %, то сейчас 50 %. Так же и по Второй Речке. Где-то проиграли, но в целом больше или примерно столько же. Можно ли было сделать лучше? Наверняка. Очевидно, можно выделить кандидатов в Советском районе – Русинов, Поташев, который был в прошлый раз самовыдвиженцем, а в этот раз стал системным единоросом. Причем в отличие от того же Моисеенко, он и праймериз выиграл, и выборы по территориальной группе. В каком-то смысле Советский район «вытащил» партию по всему городу – там на одном из округов за ЕР голосовало 57 % избирателей, а где-то есть и 30 %. Сейчас партийным лидерам стоит проанализировать результаты и сделать соответствующие выводы.

Полная версия сайта